Штормило! Море волнующих историй

Потом понюхал воздух и пока неуверенно потрусил к холодильнику.

Щёлкая языком, вылакал из миски молоко, мною для него налитое. Потом, облизнув довольную мордочку, не глядя на меня, сиганул к зияющей чёрным прямоугольником открытой балконной двери.

Кот чиркнул розовой меткой чернильную ночь и был таков.

«Сбежал», – уныло подумал я. Мне стало невыносимо.

В ту ночь, чтобы выжить, я позвонил Маринке.

– Слышь, Чугункова, ты у меня свои фотки оставила, – сказал я ей, – я ведь помню, ты их забрать обещала.

* * *

Для новогоднего ужина мы купили огромную морскую рыбу.

Володя жарил её на гриле. Я накрывала на стол.

– Что в редакции нового? – спросил Володька, когда мы, наконец, принялись за пиршество.

– Редактор Филина – редактирует. Корректор Вера – корректирует…

– А фотограф Владимир – фотографирует, – весело подхватил мою фразу Вовка и, метнувшись к шкафчику, вынул оттуда нарядную коробочку, протянул её мне.

В коробке лежали снимки.

Десять лет назад Володя запечатлел меня за работой, то склонившуюся над рабочим столом, то с диктофоном в руке, то сидящую на планёрке.

Это были живые фото.

Сделанные исподволь.

Других таких у меня не было никогда.

И уже не будет.

* * *

Я, зная Вовкину привычку ходить с голой шеей, подарила ему лёгкий шарф, согласно здешнему климату.

Вдруг с балкона послышалось настойчивое мяуканье.

Володя встал, открыл дверь.

Чёрное, с лоснящейся шерстью, ловкое животное, мелькнув в пространстве ярко-розовым ошейником, в один прыжок оседлало свободную табуретку.

Кот глянул мне прямо в глаза.

Я отпрянула.

Меня бросило в жар. Вспомнились слова художницы: «Ангелочка рядом с вами вижу… Свитерок у него тёмненький, а на груди пятнышко, маленькое, розовое. Этот мальчик всегда будет хранить вас. Всю жизнь».

– Как кота зовут? – слегка оправившись, спросила я у Володи.

– Может быть, Хвостик? – неопределённо пожал плечами Вовка.

– Он, как хвостик, за тобой увивается?

– Ха, увивается! Он, завидя меня, в сто раз ускоряется!

– Ну, тогда он не Хвостик, а Шустрый Хвостик… Значит, будем втроём Новый год отмечать? Ты, я и Хвостик?

– Значит, втроём, – кивнул Володька и, взяв со стола красное яблоко, с хрустом его надкусил, – м- м-м… Яблоко! Яблоко очень сладкое!

Виновата кастрюля!

Рассказ

– Давай-давай, – коверкая русский язык, кареглазый турецкий красавчик с лакированной волной тёмных волос собрал «в гнёздышко» белый чулок.