Его истинная. Наследие

– Я не против, – напугав саму себя, пожала плечами, – думаю, график встреч можно будет разгрести…

Нет, героизмом я не страдала, скорее слабоумием и отвагой. Я бы лучше признала, что Алекс пугает меня до дрожи в поджилках, но подвести Зула не могла. Если от этого зависит судьба психиков института и возможность их восстановления в Швейцарских Альпах – я сделаю все возможное.

– Хорошо, – настороженно кивнул Магистр, хмурясь еще больше.

– Прекрасно, – с довольством кота постановил Алекс и повернулся ко мне, требуя к себе внимания.

– Вы, насколько понял, куда-то спешили…

Прожгла его злым взглядом, но его это ни капли не тронуло – Правящий был доволен собой.

– Приятно было познакомиться, и жду вас завтра…

– Да, думаю, мой кабинет подойдет, – ввернул Зул, перехватывая взгляд Алекса. – И, если вдруг будут вопросы – я смогу быстро подключиться.

– Логично, – вынужден был согласиться тот.

– Хорошо, тогда до завтра…

Оставшиеся полчаса до приезда Глеба я предпочла промаршировать туда-сюда вдоль здания, раздумывая.

Позвонить отцу казалось самым простым и верным способом… избавиться от швейцарского тигра. Я уже почти не сомневалась, что получу строгую директиву сидеть дома и не выходить из спальни даже на кухню до тех пор, пока он не примчится лично.

Но думать об Алексе, не будучи заточенной с ним в лифте, было много проще. Я уже не тряслась и не видела причин бежать и жаловаться Высшему.

Более того, это могло быть опасно для репутации отца превышением полномочий, ведь Алекс мне ничего не сделал.

Смотреть и принюхиваться он имел право не потому, что Правящий, а потому что я, по сути, ничья. Если ты – не истинная пара, то потенциальная постельная грелка – только и всего. Он и смотрит на меня именно так.

Я прикрыла глаза, пережидая приступ затопившей разум ярости. Все же какая бы моя кошка не была непостоянная, в одном закономерность имелась – она выбирала самцов, которые не посягали на чувство моего достоинства. Никто из моих мужчин никогда не смотрел на меня, как на постельную игрушку, каждый хотел удержать рядом, хоть ни для кого я не стала истинной парой.

Женщинам зверей приходится несладко – как истинным, так и лишенным пары. Истинная, по сути – женщина без права выбора, за нее уже выбрала природа. Отвертеться очень сложно, это даже хуже, чем быть неистинной. Такие же, как я, обречены быть «временными». Звери, конечно, могли и оставались в парах с неистинными, но потомства такие пары не имели.