Его истинная. Наследие

 – И что же ты так боишься?

– Боюсь, когда ты у горла, – огрызнулась я и дернулась.

– Тш, – он прихватил кожу шеи губами и лизнул горячим языком. – Я не обижу… – прикусил мочку уха, жадно втягивая мой запах, и задышал чаще. – Алиса…

Глеб вжался своим напряженным пахом мне между ягодиц, но я знала – слишком хорошо себя контролирует, быстро не будет. Как бы ни был Вольный голоден, на меня он никогда не набрасывался. И это каждый раз сводило с ума! Вот и теперь он давал понять, что хочет меня дико, но спешить не будет.

– Когда ты дашь себя пометить, киса? – горячо выдохнул в затылок, пробираясь руками под чашечки лифчика.

Я запрокинула голову, чтобы кровь хоть немного отлила от лица и перестала полыхать на щеках:

– Зачем тебе постоянные отношения, Вольный? – усмехнулась, но тут же пожалела об этом – он чуть сдавил грудь и легко сжал пальцы на затвердевших сосках:

– Если я спрашиваю, значит, мне важно, – прорычал раздраженно и рванул с меня лифчик. – Или тебе нравится, когда на тебя все пялятся и хотят?

– Да пошел ты! – дернулась я так, что и впрямь чуть не выдралась из его хватки.

– Я хочу быть единственным… – и он прикусил шею чуть сильней.

– Ты единственный, – простонала я, когда его рука скользнула в трусики.

– Постоянным, Алиса, – тяжело прохрипел и перешел к едва выносимым ласкам, запуская в меня пальцы все ритмичнее и покрывая плечи мелкими жадными укусами.

– Глеб, – выдохнула, прогибаясь в пояснице и вцепляясь когтями в спинку дивана.

– Кричи, Алиса, – его большой палец надавил на самое чувствительное, и я выполнила его приказ, будто и вправду умела подчиняться. Дернулась, вжимаясь в его бедра, и мужчина зашипел.

Он уперся лбом мне в затылок, тяжело дыша, но я едва отметила это, падая в спасительную агонию, где не было лишних вопросов и мук совести – я отдавалась мужчине полностью и без остатка. И волк терял сцепку с реальностью.

Он знал, что мне плевать на его деньги и власть, в отличие от большинства женщин. А кому бы не хотелось обладать той, которая искренне сходит с ума и кричит твое имя от одной только ласки? Той, которую не так просто приручить…

Глеб толкнул меня, вынуждая лечь животом на спинку дивана, и спустил трусики.

– Какая ты… – скользнул языком между лопаток. Такая ласка от зверя била током по нервам, потому что в любую секунду могла обернуться укусом.