Контра

И руки накладывали на себя и на колючку бросались под пули. Бросались от отчаяния, куда угодно, но только не под него. Ну, как говорят, чего не бывает. Не все такие морально-устойчивые и преданные своим мужьям. А если точнее, – пред Богом чисты… Большинство – «милостивых», «подающих» … Чего скрывать правду, даже желающих таких связей. Сегодня проще. Для таких дел есть разные «подсобные» хозяйства, в которых молодых девочек – море! Приедет кто-то сверху проверять, тут тебе всё, сами женщины, аж бегут, только кликни… Так и дослуживал он здесь под Воркутой около десяти лет в мужском лагере, из двадцати, что уже имел за спиною, до долгожданной пенсии.

Конечно, привычку свою, как холостяк, совсем не забросил. Хотя, педерастом он не был и с мужиками в постели замеченный не бывал.

После 90-х годов ему хватало «местных» женщин, гражданского и вольнонаёмного персонала. Редкие, ненасытные женщины по своему передку, невзирая на свои ранги и должности мужей, узнавали одна по одной от подруг о силе Гены по «бабьему делу» и кто, из интереса, кто-то, из «голодухи» по сильному и устойчивому телу мужскому, пробовали частенько, какие гены у Гены? Экзотика! Но он, никогда не трогал жён высоких рангов по лагерю мужей.

Хотя, некоторые пытались залезть к нему в штаны. Знал твёрдо, – если он охраняет сейчас кого-то, то после – будут охранять его.

Взглянул на полковника Журова, Мордасов подробно объяснил увиденное им, в период несения службы, на вышке в тундре. Докладывать он умел так, чтобы угодить начальству, предупредить его вопросы.

Журов почесал свой полный подбородок, что-то промычал, посмотрел на оперативников и своего зама – подполковника Филимонова Сергея Иссаевича, задал всем вопрос: – Привидение?.. Или как?

Стоявший у стола Мордасов, тут же поддержал полковника, – вот- вот товарищ полковник, сначала самих нарт и человека у оленей не было видно, но олени-то серые, их было чуть-чуть заметно в сумерках. Всё же, я так думаю, ими кто-то управлял по тундре, пока не появился вдруг ясно человек? Сначала стояли, потом стали передвигаться то в одну, то в другую стороны… А это означает, ими кто-то управлял?.

.

Так может это дикие олени? – вставил свои слова заместитель Журова.

Мордасов, округлил свои и без того большие глаза, замигал тёмными ресницами, за которые и любили его женщины, конечно, не только за них… быстро заговорил, – нет, нет! По бегу оленей было видно, они находились рядом друг с другом, как и положено в упряжке.