Декадентский эпиграф ко всему

Пей и устами прикоснись,

К прохладе, стылой, павших ниц,

Перед тобой, как пред царицей,

Последней, ставшей, проводницей.

Коса клинком вознесена,

Бессмертна сталь обнажена,

И вкус на лезвии таков –

В нём крики душ и кровь богов.

Сначала весело, игриво, потом – тоскливо и уныло

Пиши пьяным – редактируй трезвым"

Такое правило, на вооруженье взяв,

Я сразу сделался немного пресным,

Себя на рюмку рому променяв.

До редактуры дело так и не дошло,

Сказал я сгоряча: "да к чёрту всё пошло!"

Моя душа – повесилась в саду,

Куда, бездушный, я теперь пойду?

Во тьме

Как сложно страннику предаваться дню,

Как представать перед солнцем, свечи – огню.

Человечность сияет во тьме,

И, о творец, больше нигде.

Праведность кается, окруженная вырождением,

Бесы молятся, увитые снисхождением;

Босх в раздоре культур забыт,

Последний гвоздь гроба давно забит.

Рай потерян, ад недостижим,

Нам блукать среди Лимба серых вершин,

Без монеты, и лодочнику нечего дать,

Нам судьба под движеньем планет увядать.

Мы цветы – проросшие средь могил,

И в бессмертии тянемся к ликам светил…

Маяковский

Маяковский утер святой пот

Свой! Оглянулся на мир и вот,

Он, раскрыт, как рубаха трупа,

Сочленением ребер, созвучием сердца звука!

Стук окончен и не зовет в дорогу,

Стул прикручен холодной дланью к полу;

Над протянутой вверх головой повисла глазастая лампа,

Как исхитриться, чтоб там, вместо лампы моя голова поникла как рампа?

В театре глухом.

"Мне хочется быть странной, абсурдной строкой…"

Мне хочется быть странной, абсурдной строкой

В повести Кафки, с многоточием, а не с запятой

В конце своём. И обязательно на немецком,

Чтоб думали все, что знаю язык, а не просто, на светском

Балу красуюсь. Чтоб читали и пропускали

Мимо ушей, как смысл между строк теряли

Любители, состязаясь с мастерами,

А те, едва замечая, вполоборота, словами;

И на выдохе: «Ладно, оставим ведь бесполезно»

И на вдохе: «Абсурд есть абсурд и как-то не лестно

В нём увязая, спорить с отъявленными дураками!»

А мне нипочём, я проза, не ставшая стихом!

Я слово, без запятой, с многоточием как с крюком!

И после трёх точек, наверное, обращаюсь во что-то

В скорлупе с лапками.