Милость к падшим

– Ты у себя дома, брат Виталий. – Да, это она, потому что голос слишком знакомый. Он попробовал приподняться, но она положила руку на его грудь: – Лежи.

Боковым зрением он рассмотрел тень женщины, падающую от светильника на стену его глинобитного дома. Разглядел и блюдо с фруктами, стоящее на низком столе, им самим сделанном.

– Вот манговый сок, попей.

Пожалуй, она права.

Она помогла ему приподняться, придерживая твердой ладонью его голову.

Он выпил сок, и дышать стало легче.

Ровный свет выхватывал из полумрака лицо женщины, которую он узнал.

Он принадлежит Климене, гречанке, белокурой красавице с голубыми глазами. Время и страдания утонули в этих глазах, но сейчас легко понять, что они выражают.

– Как Темелко?

– Когда узнали, что ты лежишь избитый, святейший послал его, чтобы помочь тебе.

Он попробовал повернуться, чтобы лучше видеть ее, но почувствовал острую боль в боку. Потрогал себя правой рукой и понял, что лежит с накрепко перевязанной грудью.

– Он сломал тебе ребра.

Ах вот оно что.

Дышать трудно, потому что ребра, наверное, пробили легкие.

Но Темелко, жених Климены, македонянин, или кто-то еще, вправил ребра. Иначе он давно покинул бы этот свет.

Что ж, значит, Господу угодно, чтобы он напоследок объявил александрийцам, что написал в свитке.

– Климена, в кресте, над моим ложем, свиток. Достань его.

Она сняла со стены крест.

В его основании была защелка, открыв которую, она вынула из креста пергаментный свиток, заготовленный Виталием к смертному часу.

Он показал, чтобы она положила свиток на стол.

Скрипнула дверь, вошел Темелко, стройный юноша, каменотес.

Он подошел к ложу Виталия, опустился на колени и поцеловал ему руку.

– Как вы?

Виталий успокоительно закрыл и открыл глаза.

– Не надо ли чего?

«Как прекрасно Господь всё управил», – подумал Виталий.

– Нет, идите с миром.

Они встали, поклонилась.

Но Виталий видел, что Темелко что-то хочет сказать.

Он был юн, высок, плечист. Лицо открытое, чистое.

– Отче, святейший не верит клевете, изливаемой на вас. Сам собирается прийти сюда, чтобы успокоить народ.

Виталий снова открыл и закрыл глаза.

– Я готов ко встрече со святейшим. И с Господом.

Климена подлила масла в светильник, поправила фитилек.

– Благословляю вас на мирное и благое житие, дети мои. Поминайте меня в своих молитвах. – Они не знали, что ответить ему.