Город одиноких котов

Должно быть, он выполз из своей норы в разваливающемся здании, чтобы попросить о помощи. Едва цепляясь пальцами за дверь подъезда, он пытался мне что-то сказать. Я протянула руку и прикоснулась к его плечу. В ту же минуту он, неизвестно откуда взяв силы, подался вперед, почти повис на мне, ухватился тонкими, узловатыми пальцами за шею и дохнул мне в лицо ужасным запахом нищеты и болезни. От всего его тощего тела разило гибельным жаром. Черные запавшие глаза лихорадочно блестели. Силясь сказать мне что-то, старик зашелся страшным глухим кашлем, сотрясаясь от приступа и по-рыбьи разевая рот, пытаясь глотнуть воздуха.

– Вам надо в больницу. У вас есть кто-нибудь? Близкие, родственники? – спросила я, с трудом подбирая турецкие слова.

Больной не отвечал, только бился в кашле у меня в руках. Ценой невероятных усилий мне удалось опуститься на бетонную ступеньку, уложить его головой к себе на колени. Он не выпускал меня, цеплялся пальцами за куртку.

Я понимала, что самым верным решением было бы бросить его тут и уйти.

Скорая в лучшем случае запишет мои данные, в худшем – сразу вызовет полицию. Меня отправят в участок, выпишут штраф. А главное, я так и не смогу помочь Гордону.

– Твою мать! – выругалась я по-русски, в отчаянии глядя на старика, который за меня ухватился. – Твою мать, откуда ты взялся на мою голову?

Кое-как высвободив руку, я достала мобильный и набрала номер скорой.

– Какая у него фамилия? Адрес? – расспрашивал меня врач в защитном желтом костюме, похожий на персонажа какого-нибудь фантастического голливудского фильма.

Его коллеги, в таких же космических одеяниях, грузили старика в машину.

– Не знаю, я просто шла по улице. Он был на крыльце… – коротко отвечала я, уже оглядываясь по сторонам, чтобы удрать.

– А вас как зовут? Можно ваши документы? – последовал вопрос, который непременно должен был прозвучать.

И я, уже успев придумать план спасения, немедленно дала деру. Метнулась в узкую черную щель между двумя домами, не реагируя на возгласы врача за моей спиной:

– Стойте, мы обязаны зафиксировать обращение…

Я поскользнулась на каких-то нечистотах, пытаясь удержать равновесие, влетела локтем в стену.

Охнула от боли, чувствуя, как под курткой горит рука и, кажется, стекает тонкой струйкой кровь. Выскочила в просвет, свернула в сторону. И тут же оказалась прижатой лопатками к стене.

– Давай деньги, сука! – рявкнул кто-то мне в лицо на ломаном английском. А к горлу прижалось холодное лезвие ножа.