А между нами снег. Том 1

– Это что же приведёт тебя к позору? – удивилась Мария Савишна.

– А мне для этого ничего не нужно делать, уже всё сделано до меня. В Париже столько отцовских друзей, влиятельных служащих, а моя жена, мягко говоря, как неоперившийся воробей, выпавший из гнезда прямо в лужу.

Марию Савишну такое сравнение очень удивило, она даже поморщилась.

– Глупец! – воскликнула она. – Лиля – славная девочка. Она же любит тебя, а ты ничем не лучше отца. Может даже хуже. Я таких счастливых глаз у Лили даже на свадьбе не видела.

– Покорил? – ответил Богдан задумчиво. – На моём месте мог быть совершенно любой мужчина. Она ребёнок. Маленький ребёнок с капризами. Хотя… Умом она блещет, безусловно. А её французскому позавидовал даже я. Но, тётушка, она выглядит смешно. Поначалу я восхитился ею, когда только увидел. И даже мой отец не остался в стороне. Мать до сих пор не может принять тот факт, что я женился. Лиля не понравилась ей с первого взгляда.

– О, милый мой, ты свою мать сюда не вмешивай. Она тяжёлый человек. Кого бы ты ни выбрал, она всегда будет против, поверь моему жизненному опыту. Она достаточно привязана к твоему отцу. Прощает все похождения, лишь бы он не отправил её куда-нибудь подальше от своих глаз. Но и не делает он этого не потому, что ему дорога Павлина. Он боится потерять уважение. Его будут осуждать больше, чем остальных. А для него это недопустимо. А ты ещё ничего не добился. Практикуйся в своём врачевательстве и тогда о статусе будешь печься.

– О, да её обидой не сломишь, она какая-то каменная.

– Однажды ты обидишь её так, что будешь жалеть об этом всю жизнь. Не допусти…

– Ой, тётушка, не начинайте со своими предсказаниями. Вдруг начнут сбываться, – Богдан прибавил шаг, чтобы поскорее закончить этот разговор.

Навстречу им выбежала Ольга, бросилась к Богдану на шею и пролепетала:

– Лиля восхитилась очень, ей понравилось. Тётушка, – Ольга обратилась к Марии Савишне, – ей понравилось очень.

– Танцует? – Богдан улыбнулся. – Я, пожалуй, пойду к жене. Простите, тётушка, продолжим в другой раз.

Поклонился и направился к дому.

– Горе ты моё несчастное, – Мария Савишна прижала к себе Ольгу. – Покажу я тебе Париж, потерпи немного.

– Правда? – глаза девушки засияли.

– Правда, – кивнула тётушка. – Жить нужно сейчас. И ничего не случится. Тарелки и в Париже продают.