Вне времени

Очевидно, она была сведуща в повадках людей значительно лучше юноши…

– Мы выросли в поместье Хоарберри, – заговорил Марк. – Наш род берёт начало в первой ветви, ни одного смешения кровей с людьми зафиксировано не было. Наши предки немногочисленны, их истребляли по ходу веков, и теперь линия замкнулась на нас. Остались далёкие родственники, но вот уже три поколения, как никто из нас не контактирует друг с другом.

– Осмелюсь спросить, сколько вам лет?

– Мне 46, Доротее 37.

Уолтер нервно усмехнулся. Конечно, он привык, что вампиры почти не стареют, он и сам выглядел далеко не на свой биологический возраст, но к столь поразительной разнице чистокровных привыкнуть было сложно.

– Я бы дал вам 20 и 15. Ладно, 16.

– Наши семьи жили вдали от людей, на территории, ограждённой от человеческого мира непроходимыми лесами и, что более надёжно, слухами о гиблости мест, – продолжил Марк. – Доротея… была рождена слабой. И мы решили не покидать стен нашего поместья. Но за нами пришли. Наш дом… его поглотило пламя.

Раздался звон, Марк поспешил подхватить девушку, положив одну ладонь ей на щёку и уложив Дору на подушку. После он принял из рук Уолтера чашку с чаем и поднёс её к губам девушки, и когда та сделала несколько слабых глотков, её большие черничные глаза открылись. Она обхватила чашку пальцами и продолжила пить.

– Это… чай? – спросила она. – С лимоном. И… сахар.

– Да, стандартный набор, – подтвердил Уолтер.

– Поразительно вкусно…

– Да ладно, ещё осточертеть успеет.

– Почему вы запрещали мне пить это? – спросила Дора у Марка, вновь проигнорировав присутствие мужчины.

– Потому что чистокровные вампиры питаются лишь очищенной кровью.

– Сейчас мы не чистокровные вампиры?

– Чистокровные, – вновь вмешался Уолтер. – Но теперь ваше тело примет эту пищу.

Дора, наконец, перевела взгляд на мужчину. И того передёрнуло. Такой глубины взгляда он не видел никогда. И он уже не мог ошибиться – этой девушке было далеко не 15. На пару мгновений он растерялся, но после вновь улыбнулся.

– Что ж, можете чувствовать себя здесь, как дома. Вас хотел видеть директор Райнхард. Но ничто не заставит его выйти из своего корпуса до полудня. Когда придёте в себя и почувствуете в себе силы, а также отделаетесь от наших навязчивых медиков-исследователей – вы свободны. Уверен, директор примет вас, и вы сможете обучаться здесь. Понимаю, что вам, скорее всего, совершенно не нужно обучение, но это условие пребывания на территории.