Трикветр: проклятие или подарок судьбы

– Умоляю, не серчай на Бергора! Я не знал, кто ты.

Эленика постояла еще немного, вглядываясь в темноту леса. Знак на руке становился все бледнее и вскоре совсем исчез. Она огляделась, кругом стояла тишина, лишь изредка вскрикивала далеко в лесу ночная птица, да слышался плеск рыбы в озере.

Ника повернулась и пошла к дому. Стараясь идти тихо, чтобы никого не разбудить и избежать ненужных расспросов.

В потемках вспыхнул красноватый огонек сигареты. Подойдя ближе, она заметила стоящего на крыльце Егора.

– Ника, ты это откуда? – удивленно протянул он.

– Да так, подышать к озеру ходила, – тут же пробормотала девушка и поспешно юркнула мимо него в дом.

– Понятно, – многозначительно протянул он, сделав глубокую затяжку и выпустив изо рта струю дыма. – Странный вы народ девчонки, сначала трясетесь от страха, а потом по ночам бродите.

Ничего не ответив, Ника на цыпочках прошла в комнату и быстро шмыгнула в постель.

«Что это сейчас было? Чертовщина какая-то!– подумала она – Может, я схожу с ума?»

С этими мыслями она через несколько мгновений заснула.

На следующее утро после завтрака небо затянуло тяжелыми тучами, подул холодный ветер и пошел сильный дождь. Ребята тут же стали собирать свои вещи, и спустя пару часов все поехали назад. Ника помнила все, что с ней произошло этой ночью, но решила, что никому ничего рассказывать не будет. Еще не хватало, чтобы ее начали считать сумасшедшей. Вначале нужно самой во всем разобраться.

Глава 3

За двенадцать часов до этого

Весь день и вечер Бергор бродил по лесу, оглядывая свои владения.

– Люди теперь ничего не боятся, – жаловался он невидимому собеседнику. – Ходят в лес большими шумными компаниями, жгут костры, кричат, горланят песни, мусорят ужасно. После этого дикие звери долго сидят по норам, трясясь от страха. А мне нужно за порядком в лесу следить. Я после таких посиделок долго в себя прийти не могу.

Маленький старикашка, кряхтя, пробирался сквозь бурелом, прислушиваясь к окружающим его звукам.

– Иногда они приводят с собой больших и жадных чудовищ, – продолжал он. – Которые съедают все деревья в округе, оставляя на земле большие проплешины.

На высокой сосне застучал дятел, на соседней ольхе застрекотала сорока.

– Ну вот скажите, а если их чудовища все деревья здесь съедят? – старик остановился и посмотрел на вершину дерева, высматривая в птиц.