Саша

Все дома каменные, высокие, крыши железные, окна большие, и свет из окон на улицу вырывается; перед крыльцами фонари горят; по мостовой стучат дрожки, коляски и наша тележка тряская. Вечер темный был, время осеннее, тучи ходили – месяц хоронили, только звезды яркие сверкали. Холодноватый и свежий ветерок веял.

Подъехали мы к белому каменному дому, в ворота постучались. Нам отворил бородач, тучный из себя и приземистый, – видно, кучер; гордо кивнул нам и что-то проворчал про себя.

VI

Мы за ним в избу вошли – почернелая, неубранная, лавки прожженные, столы шатаются, везде вода по полу разлита, зола рассыпана.

Повар тут сидел в белой куртке, сгорбленный, веселый старичок, плешивый, и два парня круглолицых, румяных, один в армяке, а другой в куртке, с пуговицами блестящими. Сейчас все они к нам бросились: давай осматривать, моргать, усмехаться. Повар нам кивнул головою: садитесь, отдохните.

Саши нету; спросить про нее боюсь. Прохор поглядывает да все вздыхает.

– Ну, – говорит кучер, – как же вы там, в деревне-то у себя, роскошничаете? Несеянную муку пожираете?

Так все и залились хохотом. И пошли тогда шутки да прибаутки, и тешились они, и пересмеивали нас, сколько их душе было угодно. Парни выходят из избы да и говорят нам:

– Ну, спасибо, что приехали! Хоть маленько мы вами тоску свою размыкали!

И вправду: скука их одолела всех, так рады были они хоть чем попало себя повеселить.

VII

Я с духом собралась и спрашиваю у повара про Сашу. Кучер услыхал и перебил.

– Ты мне поклонись да у меня спроси! Вот гляди-ка. (Дверь отворил). Видишь, коморочка против? Там твоя Саша сидит, а вот у меня ключик от замочка. (Показал мне ключ из кармана).

Говорит он, а я смотрю, – какой тяжелый замок висит на двери! Саша ты моя, бедняжечка!

– Что ж, – говорю, – никогда она и не выходит оттуда?

– Как можно! Ей все пути скатертью, только вот за ворота со двора – не прогневайся!

– На что ж ее заперли?

– Есть таковая причина!

– Пустите меня к ней, – прошу его.

– С нашей радостью, – иди!

Отомкнул, я вошла – темно, хоть глаза выколи, там.

– Саша! Саша! – кличу.

Тихо.

Не ушла ли она куда, думаю, как-нибудь вырвалась…

Постояла я там и опять в избу вошла.

– Видела? – спрашивает кучер.

– Видела, – говорю.