Их отношения. Осень

Это мог быть и самый обычный день, но особенно, в день аварии, ее смерти, день ее рождения…

– Поэтому ты и устраивал вечеринки? – Пока Дерек рассказывал, я достала из морозилки кусок мяса, обернув его еще одним пакетом и насильно приложила ледышку к его лицу. Как он когда-то поступил с моим лбом. Но ведь это и правда был достаточно действенный способ. Дерек поморщился, и даже ругнулся, но я не обратила внимания продолжая настаивать. В итоге мне пришлось усадить его на стул и насильно самой держать мясо возле его глаза.

– Да. По началу я пробовал пить в одиночестве, но заканчивалось это куда хуже, чем вечеринки. Я боялся, что так я совсем сопьюсь и превращусь в обычного алкоголика. С учетом того, что мне противен вкус водки или еще чего.

– А зачем тогда? – Я никогда не понимала людей, которые заливали свое горе алкоголем.

– Когда напьешься, тебе уже не важно то, что ты чувствуешь. Не важно то, что думают о тебе другие, ты просто делаешь что хочешь, ведешь себя как последний идиот, бьешь мебель, посуду, окна… Пока тебе не полегчает.

Я почему-то вспомнила как когда-то Коул сказал, что однажды Дерек может и ответить. В тот момент, когда Фрейз ударил его в конце последней вечеринки.

– А Фрейз…

– Находясь в таком состоянии я всегда хотел его убить. Но что-то меня останавливало. Видимо, частичка меня все же понимала, что Фрейз не имеет никакого отношения к смерти Кей. Он, как и я – жертва.

Однажды Дерек помог Фрейзу все вспомнить, и с того момента Фрейз останавливал Дерека каждый раз, когда тот заходил слишком далеко. Он прекращал его мучения. Он чувствует себя обязанным?

– Понятно. – Я перевернула кусок мяса. По моей руке текли холодные капли, и ладонь понемногу начинала неметь, но я продолжала терпеть.

– И вот. Теперь, когда ты все знаешь. Ты меня ненавидишь? – Дерек попытался вернуть голову в вертикальное положение, отстранив мою руку, но я упрямо уперла мясо ему в скулу.

– Нет. Почему я должна тебя ненавидеть?

– А почему ты тогда решила меня убить?

– Убить? – Я как-то автоматом убрала руку с мясом. Дерек почувствовав свободу, открыл глаза. – У меня сейчас щека онемеет, глаз покроется коркой льда, и я умру от переохлаждения.