Их отношения. Осень

– Ты так и стояла все это время?

– А? – С трудом я все же сконцентрировала на нем взгляд.

– Ясно, родная. Пойдем, они там внизу. Хотят извиниться.

– Извиниться?

– Да. Что все это произошло на твоих глазах. Не нужно им было так. Я им там уже небольшой разнос устроил, потому меня и не было так долго.

Он взял меня за руку и вывел из комнаты. Я не сопротивлялась, а просто шла вперед. Когда мы спустились по лестнице вниз, ребята сидели в гостиной. Атмосфера в комнате была не такой уж напряженной.

Как будто никто только что не дрался.

– Ева! – Дерек подскочил при моем появлении и подбежал ко мне, обнимая.

– Кхм… – Это был Фрейз, но мы оба не обратили на него внимания.

– Прости, нужно было дождаться, когда ты уйдешь, ну или… Зачем ты вернулась?

– Я хотела оказать поддержку.

– Понятно. И, по-моему, твоя поддержка предназначалась не мне? – Он улыбнулся, а я пожала плечами.

– Как ты? – Спросила я его, осматривая лицо, по которому медленно расплывался синяк на скуле.

– Или все же и мне перепадет? Часть твоей доброты? – Фрейз был весел, я это видела. Но такая резкая смена настроения, нормально ли это? – Все хорошо. Мы наконец-то поговорили, и вроде как все решили.

– Ты простишь его? – Спросила я Дерека.

– Мне не за что его прощать, Ева… Мне нужно было простить себя, не его. Но я выплескивал все на брата. Я и правда еще ребенок. Виню других, защищая себя.

– Я не совсем тебя понимаю. – Ответила я честно, уводя его на кухню. Он с подозрением последовал за мной, остальные братья с некоторым недоверием во взгляде проследили за нашим уходом.

– Я сделал Фрейзу много всего, плохого. Но что бы я ни делал я всегда чувствовал себя жертвой. Ведь это я потерял сестру, которую любил больше всего на свете. Мне было шестнадцать, когда она умерла. Ей было девятнадцать. Она была для меня идеалом девушки. И когда все случилось, я возненавидел Фрейза, так как с самого его появления в жизни Кей, во мне росло чувство ревности.

Ведь она начала проводить больше времени с ним, чем с нами. И да, я действительно возненавидел его за то, что он посмел ее забыть. Когда же он наконец вспомнил ее, я почувствовал себя абсолютно пустым. И именно эту пустоту я и пытался залить алкоголем в те самые моменты, когда память о ней вспыхивала особенно ярко.