Система

 – Слушай сюда, фраер! Ещё одно слово и я тебя успокою! – Её лицо стало белым, как мел, и говорила она словно человек, который вот-вот готов сделать серьёзный шаг.

Но Кир, зная Безумного, понимал, что слово-детонатор будет произнесено рано или поздно, поэтому пора вступать в игру.

– Да забей ты на него Танюха! Не стоит он того! – напористо и резко произнёс он. – Лучше расскажи, где лучше сидеть было, на СИЗО, или на зоне?

– На зоне конечно, – ещё с агрессией, но быстро успокаиваясь, отвечала она. – На крытке режим строже, а на зоне уже как дома.

– А зона красная была? Где находилась? – Кир пытался задать вопрос, на который нельзя ответить одним словом. Нужно её как то отвлечь.

И да! Попадание было в точку! Рыбка снова очутилась в своем озере. За вопросом последовал задушевный рассказ о хмурой зоне под Владимиром, о злых вертухаях, продажных красных, и доблестных борцах с режимом, которые шли в отказ.

Кир слушал участливо, не отрывая от неё глаз, и старался пропустить все через свое воображение.

Безумный и Кот, тем временем вели громкую дискуссию о том, как обмануть мандатную комиссию и откосить от армии. Получилось так, что Безумный сидел напротив Кота, а Кир напротив брюнетки и собеседники общались через стол. В какой-то момент брюнетка решила исправить это недоразумение.

– Вы голубки садились бы рядом и ворковали, а ….. – и она замялась, щелкая пальцами в направлении Кира.

– Игорёк, – напомнил ей Кир своё имя, которое она поначалу и не думала запоминать

– А Игорёк пусть садится со мной – и она подтолкнула в бок Кота, придав ему ускорение.

И вот, теперь они сидели рядом Кир и брюнетка. Она не переставала рассказывать, а он не переставал слушать. Глядя в её черные, светящиеся азартом глаза, и впитывая, как губка все сказанное, он проваливался в нее и познавал её внутренний мир.

В какой то момент, он начал замечать, что брюнетка сбивается в своем рассказе, начинает забывать о том, что только что сказала, голос становится тише, глубже и нежнее и смотрит она как-то по другому.

Кир ощутил эту перемену и почувствовал, как через него проходят разряды тока, исходящего из её горящих, как у кошки глаз.