Черное солнце

Ханна медленно зашагала по комнате, зная, что Кельнер внимательно наблюдает за ней, и мысленно радуясь тому, что сейчас, – она это знала, – она выглядит очень соблазнительно. Помедлив несколько минут, Ланг вернулась к Харри, медленно прошептав ему на ухо:

– Па-па.

Кельнер непонимающе взглянул на Ханну.

– Ну же, Харри! Теперь ты и загадки разучился отгадывать?

Глаза Ланг горели насмешкой.

– Мне, как ты говоришь, известно кое-что, как раз то… – ее пальцы медленно развязали пояс халата, а потом пробежали по груди Кельнера, быстро снимая с его плеч пальто и плотный пиджак, остановились на шее и снова побежали вниз, расстегивая маленькие белые пуговицы рубашки.

Ханна рассмеялась, глядя на замкнутое лицо Харри.

– Хочешь, я дам тебе подсказку?

Ее поцелуй оставил на шее Кельнера красный след от помады, и она довольно улыбнулась, когда услышала хриплое:

– Хо… хочу.

– Там я ношу белый халат, а «папа»… придумал все, что там есть.

«Мне страшно рожать ребенка здесь, Харри!».

– Лагерь Дахау? Эйке?

Кельнер отодвинул от себя Ханну, приподнимая ее лицо за подбородок. – Это он готовит что-то страшное?

Красавица кивнула, снова обнимая Харри.

– Им кое-кто мешает, мой дорогой. Им мешает Рём… и они готовы его убрать.

Ханна в замешательстве посмотрела на мужчину, и снова улыбнулась.

– Но не будем о грустном. Это их игры, пусть делают, что хотят. А я буду делать то, что хочу я.

Ее рука легла на обнаженную грудь Кельнера и начала медленно спускаться вниз.

«Я боюсь рожать ребенка… это мое личное дело!».

— Я хочу тебя. А она… она тебя хочет?

Ланг расстегнула пояс его брюк и поцеловала Харри в губы.

Нет.

Харри обнял Ханну и ответил на ее поцелуй.

Ты должен быть дома!

Ступеньки лестницы скрипнули под его тяжелым шагом, и затихли. В правой руке Эдварда узким лучом засветился карманный фонарь. Ступая как можно тише, он обошел все комнаты второго этажа, начиная со спальни.

И никого.

Его Эл исчезла.

Улица Принца Альбрехта, 8.

Где Эл?

Человек в черной форме, проследив за взглядом блондина, подошел к стулу, на котором сидела Элисон, и ударил коленом по его спинке, отчего она странно выгнулась вперед, неестественно выгибая спину девушки. Скованные за спиной руки Эл напряглись еще сильнее, до предела, из ее груди  вылетел хрип.