Тимьян

Соня ещё несколько минут постояла за дверью, как кошка, стерегущая мышь, и сдалась. Стук каблуков всё удалялся, пока не хлопнула дверь подъезда. Яна подбежала к окну и, прячась за шторой, осторожно выглянула: Соня, приставив руку ко лбу, всматривалась в её окна, потом села в машину и уехала.

Вернулась тишина, влекущая за собой тревожность и разъедающие разум мысли, от которых на душе становилось тошно. Мелкая дрожь била всё тело, живот в узел завязывало, и Яна беспомощно опустилась на пол, свернувшись в клубок.

Так было легче, так боль притуплялась, оставались только жрущие изнутри страхи.

– Помогите, – сквозь рваные всхлипы шепнула Яна. – Пожалуйста, помогите. Кто-нибудь. Хоть кто-нибудь.

Она заставила себя подняться и, шатаясь, дошла до кровати. Взяла в руку телефон – он показался непривычно тяжёлым – и снова позвонила Тиму. После долгих гудков равнодушный голос робота оповестил, что абонент не отвечает.

Яна грузно вздохнула, медленно села на кровать и прижалась спиной к стене.

Мозг отказывался страдать, он не хотел вредить своему телу, блокировал чувства, посылал сигналы, впрыскивал в кровь гормоны, но ничего не помогало: нервная усмешка не сходила за радость. Тогда в ход пошла рассудительность, заставившая Яну взять себя в руки и хоть немного подумать. Тут и пришла мысль отыскать Тима через других людей.

Яна долго листала список контактов: только три номера их общих знакомых, других она не знала. Один оказался не доступен, другой сменил владельца.

А по третьему уже в пятый раз ползли безжизненные гудки.

– Слушаю, – на выдохе откликнулся хриплый голос.

– Дима, это ты? Это Яна. Латина.

– О, Янка, привет! – повеселел тот. – Ты какими судьбами?

– Прости, что не просто так. Я Тима найти не могу. Мы с ним повздорили, он меня в игнор кинул. На звонки не отвечает, сообщения не читает… – Яна шумно и резко вздохнула, чувствуя, что снова собирается реветь. – Он и дверь мне не открывает. Я не знаю, что думать. Прошу, если он тебе звонил, просто скажи, что он в порядке.

Дима растерянно вздохнул и сказал:

– Прости, я не знаю, где он. Мы уж месяца полтора не созванивались, а виделись только в январе. – Он помолчал и сочувственно добавил: – Ты не переживай, помиритесь.

– Ты не понимаешь! – крикнула она и, саму себя одёрнув, горячим полушёпотом затараторила: – Прости. Прости, пожалуйста. Я не хотела. Прости. Он просто… Он никогда так не поступал. И он… он… Прости.