Гуляевы

Проверка прошла успешно.

Он быстро, размашисто набросал заявление, и передал капитану. Тот бегло прочитал, аккуратно засунул бумаги в папочку. Открыл сейф. Стоя спиной к потерпевшему, сказал мимоходом:

– А часы у тебя классные…Дочка о таких мечтает.

Непонятно было, как на руке «дочки» уместились бы часы с таким массивным металлическим браслетом, да не суть.

– 16 мелодий! – прихвастнул Павел.

– Чего?

– Музыкальные они, 16 мелодий. Американские!

Хотел уже было сказать «дарю», да вовремя сообразил, что к чему.

– Сейчас пойдём билеты оформим – капитан возился в сейфе, перебирая папки. – Ты подожди пока в предбанничке. Там у тебя жена вся в слезах. Иди, успокой.

Павел вскочил, бросился к двери. Часы так и остались лежать на столе – «заслуженный трофей» капитана, проникшегося сочувствием к рядовым советским гражданам, попавшим в беду. «Кто бы еще им помог?» – с благостно-умилительным чувством подумал страж порядка, примеривая у себя на руке импортные часики. Моя милиция меня бережёт…

В аэропорт Волговятска Гуляевы прилетели в пять часов вечера.

И здесь, как на малой родине, моросил противный, докучливый дождь. По взлетной полосе резвился бешеный ветер-колотун. Стояла жуткая холодина. Страшно было подумать, что тут, в голом поле, под черным зловещим небом, Гуляевым предстояло начинать новую жизнь.

Павел за «червонец» договорился с таксистом-частником, чтобы тот докинул их до улицы Пушкина. Когда «бомбила» увидел всё семейство, заломался:

– Не поеду! Машина рассчитана на перевозку четырёх пассажиров, а вас пятеро.

Целый цыганский табор! Куда пятого денем? В багажник? Если ГАИ остановит – с кого спросят? Ищите других водил!

– Погоди, шеф, не кипятись – Павел достал «трояк». – Может, договоримся?

– Ну, сразу бы так – оживился таксист. – Давай суй чемоданы в багажник. Сами откуда будете? Местные, не местные?

– Да погостить приехали, в отпуск. Родня у нас тут живёт. Сто лет не виделись.

– А, ну родня – это святое! Ох, погуляете сегодня, мама не горюй! Поди уже стол накрыт: салатик, водочка, пельмешки.

Дожидаются вас, а? Я бы сам сейчас «стакан» замахнул. Погодка – дрянь! В такую погоду пить хорошо. Романтика!

«Бомбила» словно прочёл мысли Павла. Тот надеялся, что двоюродная сестра, пусть скрипя сердце, но примет их, как положено, по-людски. Всё-таки, родня приехала, не абы кто. Он невольно замечтался: звонок в зверь, шумная встреча, суета. Дети в одной комнате, с игрушками. Взрослые в зале.