Его светлость. Роман

– Рад, что оказался полезен, – ответил Расин. Голос его звучал спокойно, но король, даже стоя спиной, уже видел знакомый прищур, и начинал раздражаться.

– Знаешь, о чем речь пойдет? – обернувшись, коротко спросил Аларих.

– Селезень сказал – старик Ливий приказал долго жить.

– И что изволишь думать по этому поводу?

Тот пожал плечами.

– Прискорбно, но ведь ему лет за сотню перевалило. Переживу как-нибудь такое горе.

Сказать по правде, Расин считал, что его троюродный дед на том конце Светломорья преставился уже давным-давно, поэтому новости даже удивился.

«Живучий какой старик», – подумал он.

– Что ж, не стану бродить вокруг да около. Прямых наследников у него не осталось.

Расин чуть слышно хмыкнул.

– Неужто за целый век ни единого не нажил? Сколько раз был женат – три или четыре?

– Три. Грешили сперва на первых двух княгинь, которые не смогли родить детей. Третья жена была младше Ливия на сорок лет, но принесла дочь. Да ты ее знаешь, – Аларих тряхнул письмом, – жена посланника на Эрее.

Тогда подумывали о морганатическом браке, но в пятнадцать лет девочка стала вылитый княжий сокольничий. Неприятная вышла тогда история… Да, Ливий был бездетным, увы. Его брат с супругой скончались во время морового поветрия десять лет назад, а родной племянник уехал на Южный архипелаг и женился, обретя там дворянский титул, однако утратив права на люмийский трон…

– Очень разумный шаг, по-моему, – заметил Расин. – Не могу его за это осудить.

– По всему выходит, – продолжил Аларих, не обратив внимания на эти слова, – что ты единственный наследник.

– Роскошный подарок – титул его светлости. Две деревни в горах на том конце Светломорья. Нет, дядя, этот разговор ты оставь. Есть у нас на Эрее посланник, пусть он и присмотрит, работы немного. Тем более, – Расин усмехнулся, – что он князю вроде как родня.

– Итак, ты не поедешь.

– Я там ничего не забыл.

– Чем, в таком случае, ты намерен здесь заниматься? – сухо осведомился Аларих.

 – Будешь ждать, когда освободится мой престол?

– Дядя, мне твои намеки ясны как день, я слышал их уже раз десять. Не всем быть королями! Я твою жизнь знаю изнутри, и, знаешь ли, не очень к ней стремлюсь. Ночами не спать…

– К чему же ты стремишься, в таком случае? Просвети меня, будь так любезен.

Расин недовольно смотрел в сторону. К чему клонит дядя, он знал, благо разговор велся не впервые.

– Твои похождения известны.