Кружева зимы. Сборник рассказов

К семнадцати годам Эльза уже окончательно решила поступать на полиграфический факультет, но предусмотрительно умолчала о своем решении. Мама и бабушка настоятельно рекомендовали педагогический вуз.

– Ты на немецком как на своем родном языке говоришь. В два счета станешь крутым переводчиком. Понимаешь, какой это шанс? В каких кругах будешь вращаться? Мужа себе нормального выберешь, – мечтательно трепетала о будущем мать.

– А то и за границей работу найдешь и нас из этого болота заберешь, – вторила ей бабушка.

– Немецкий, блин. Кому он нужен, кроме немцев? – бормотала Эльза и открывала методичку с примерами, которые будут на вступительном экзамене в политехе.

Она без проблем прошла конкурс и вихрем ворвалась в студенческую жизнь. Дома, естественно, был скандал, но Эльза убедила мать и бабушку, что диплом переводчика тоже получит и сразу же после второго курса подаст документы на заочное отделение в пед. Перемирие длилось недолго.

Зимняя сессия. Эльза получила три «автомата» за экзамены во время зачетной недели и с диким восторгом захлопнула зачетку.

Окрыленная успехом, она вернулась домой. Еще в подъезде услышала вкусный запах жареной курочки.

– Точно, запеку курицу. Буду поливать ее жирным соком, чтобы получилась хрустящая корочка. Разложу вокруг круглую картошку, она пропитается шкварчащим жирком и станет мягкая. Ой, все. Есть хочу. – Эльза вошла в квартиру и поняла, что ее опередили и курица уже готова.

В коридоре резко возникла мать праздничном платье и с модной укладкой.

– Быстро приведи себя в порядок: переоденься, глаза подкрась, помаду мою розовую возьми. Что стоишь? Давай бегом, у нас гости.

– У вас гости, а я-то тут при чем? – Эльза сняла сапоги и повесила пальто в шкаф.

– Не выводи меня из себя, – зашипела, как выпитое шампанское, мать. – Чтобы через пять минут была за столом.

Эльза не стала спорить, но и переодеваться не стала. Она зашла в ванную, вымыла руки, расчесалась для приличия и открыла дверь в комнату.

За большим столом сидели расфуфыренные мать и бабушка, рядом с ними краснели заплывшими щеками два не совсем трезвых мужика в пиджаках и галстуках.

– А вот и наша Эльзушка, – елейно пропела бабушка. Мать криво улыбнулась, раздраженная неповиновением дочери.

Эльзушка? Никогда ее так не называли. К чему бы это?

Все оказалось до банального просто: мать все-таки захомутала Валерия Ивановича, правда, не насовсем.