Змеям слова не давали, или Попаданка на тропе еды

– У нас была повариха Орния, она из гномов, но ее декаду назад в таверну “Кривой Рог” позвали, – пожимает худыми плечами мальчишка. – Вот как она ушла, так всё, даже бродяжки к нам перестали ходить.

Его слова вызывают во мне нерадужные мысли. Это что получается, таверна и не таверна вовсе, а бомжатник?! Постигший меня попадос отозвался громким урчанием в голодном желудке.

– А чем вы сами питаетесь? – спрашиваю и, только после того, как глянула на выражение его лица, понимаю, какую допустила ошибку. – То есть мы, конечно же, мы, Тиль, – закусываю губу от нервов.

– Лучше бы язык прикусила, ватрушечка! – пискнула Зинка из-под копны моих волос.

И вдруг раздается какой-то странный звук. Поворачиваю голову, нахмурившись, но источника найти не могу.

– Ох, нужно же покормить Хельгу, простите, госпожа, я совсем забыл, – восклицает тут же Тиль и бежит в сторону второго выхода, который ведет на задний двор.

Мы с Зинкой переглядываемся и идем следом. Уж больно интересно, что это за животинка такая.

– Ну хоть отожму еду у этой Хельги, а то дождешься еды от вас, – бурчит и устраивает топотушки на моем плече белка, словно подгоняя меня идти быстрее.

Закатываю глаза и чуть ли не вываливаюсь наружу, споткнувшись о порог и пропахав подолом влажную землю.

– У, растяпа бестолковая, – бьет лапкой по шее Зинка, чего-то фырчит, и это, оказывается, ее смех.

– Сейчас кто-то голодный останется, – угрожающе потрясаю кулаком, а затем отряхиваю одежду, но это уже бесполезно.

Грязь уже въелась, оставляя черные грязные разводы.

– Тьфу ты, ну ты, трава, – сплевывает демонстративно Зинка.

Мы наблюдаем, как в углу двора стоит загон, в пределах которого стоит коза и жует из ведра траву. Тиль копается в другом углу, а затем идет и протягивает животинке что-то оранжевое.

– Морковка-а-а, – вдруг подскакивает белка и капает слюнями мне на плечо, а затем жамкает лапками и протягивает их вперед. – Дай-дай-дай.

– Молоко-о-о,– протягиваю в это время я, в глазах тут же возникает куча идей, как бы нам тут развернуться.

В общем, мне удается сдержать белкину тягу к воровству, а скорее, к гопничеству, и попросить Тиля надоить козу. А сама в это время иду обратно на кухню и делаю ревизию скудного количества круп.

– Тиль, а ты умеешь печь растапливать? – тыкаю найденной кочергой в это чудо древней техники.

– Так это дело нехитрое, – машет рукой, словно это так, пустяк на пять минут.