Невеста Белого Волка

– В-вы к-кто такие? – почему-то ее дрожащий голос действует на нервы.

Она смотрит на нас оленьими невинными глазами, мнет ткань своей кофты. Зверя бесит неуверенность. Это признак слабости.

– Мы из дружественной стаи, – поднимает даже руки Руан, и перед кем тут выделывается, спрашивается, – тебе стоит вернуться домой. Аруанские леса небезопасны по ночам.

– Пф, – вдруг фыркает она, разрушая образ пугливой плаксивой девки, от чего у меня даже брови съезжают вверх. – Я здесь выросла, все знаю, как свои пять пальцев.

А вот вам бы стоило поостеречься. Мой отец…кхм…присматривает за этим лесом, так что, если со мной что случится…

Еще и угрожает эта сикильдявка, надо же. Вздыхаю. Дочь егеря, а претензий, как у принцессы, не меньше. Почему-то испытываю раздражение от присутствия этой бестолковой белоручки, которая может сорвать нам все планы.

– Чего возишься с ней? – холодно осаждаю Руана, который распелся тут соловьем. – У нас дело.

– Да ладно тебе, Сверр, девочке бы помочь, – улыбается незнакомке, которая вызывает у меня приступ злости своим появлением.

Перевожу на нее равнодушный взгляд и пригвождаю им к месту. Пусть знает свое место.

– Иди домой! – отдаю приказ, не время сейчас развлекаться и играть в благородных рыцарей.

Да и наверняка она из клана Альтаира. И этот факт еще больше подливает масла в огонь моей ярости.

– А ты кто такой, чтобы мне указывать? – фыркает эта смертница, посмевшая мне, будущему вожаку Южного Удела, перечить.

Подхожу плавной походкой ближе, нависаю над ней на добрых полторы головы и стискиваю челюсть.

Обычно мой хмурый вид приводит соклановцев, будь то мужчины или женщины, в состояние испуга, а этой хоть бы хны. Только с вызовом вздергивает подбородок. От чего зверь внутри меня щерится, воспринимая это, как признак вызова. Еле успокаиваю его, все же негоже мужчине драться с самкой.

– А тебя не учили дома, что перечить старшим нельзя? – прищуриваюсь, давая ей навскидку лет двадцать, не больше. – Особенно, если это мужчина.

Она сглатывает и делает шаг назад, а затем топает ногой и делает резкий шаг вперед, соприкасаясь телом с моей грудью.

– Эм, Сверр, успокойся, она же человек, – растерянный голос Руана доносится до меня приглушенно.

Но когда смысл его слов доходит до меня, то губы искривляет презрительная усмешка. Всего лишь человечка, а гонору-то.

– Избавься от нее, – холодно кидаю другу и исчезаю в темноте тропы.

Нет больше времени на смертных, нужно заняться делом.