Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Онъ и не зам?тилъ, какъ вахтеръ на дорог? спросилъ: «въ мужскую или въ женскую?» и пришелъ туда, куда шло больше пос?тителей. Пройдя большую комнату, онъ всл?дъ за другими, отставая отъ нихъ, вошелъ въ длинную комнату, разд?ленную на двое проволочными р?шетками, шедшими отъ потолка до земли. Р?шетокъ было дв? на разстоянiи аршинъ 2

/

одна отъ другой. Между р?шетками ходили солдаты. На той сторон? р?шетки были заключенные, по сю сторону пос?тители. Съ об?ихъ сторонъ т? и другiе стояли прижавшись къ р?шеткамъ, и во всей комнат? стоялъ гулъ кричащихъ голосовъ.

Каждый пос?титель ходилъ, отъискивая того, къ кому онъ пришелъ, и, прижимаясь къ р?шетк?, становился противъ него. Каждый старался говорить такъ, чтобы его разслышалъ его собес?дникъ, но сос?ди тоже говорили, ихъ голоса м?шали слышать, и надо было кричать. Это была арестантская мужская.

Только тутъ Нехлюдовъ догадался, что онъ попалъ не туда, куда надо.

– Где же женская? – спросилъ онъ у ходившаго позади народа челов?ка въ род? смотрителя.

– Женская другая, отъ туда ходъ. Вамъ разв? женскую надо?

– Да, мн? женскую.

– Такъ вы бы тамъ говорили. А теперь нельзя.

– Какже быть. Нельзя ли? Мн? очень нужно, – сказалъ Нехлюдовъ.

Смотритель покачалъ головой.

– Нельзя, в?дь теперь вс? заперты зд?сь по счету.

– Да неужели нельзя? – говорилъ Нехлюдовъ, вм?ст? съ т?мъ чувствуя н?которое облегченiе при мысли о томъ, что еще не сейчасъ объясненiе, а еще отсрочка.

 – Да неужели посл?, когда выпустятъ, нельзя?

– Посл? никакъ нельзя. Въ 12 запирается, и свиданiя кончаются.

Смотритель посмотр?лъ внимательно на Нехлюдова, какъ будто взв?шивая, насколько онъ стоитъ того исключенiя, которое онъ нам?ревался сд?лать, и, какъ будто р?шивъ, что онъ стоитъ этаго, сказалъ:

– Ну, да что съ вами д?латъ, пожалуй, какъ исключенье.

Сидоровъ, – обратился онъ къ красавцу, толстому вахтеру, – проводи вотъ ихъ въ женскую.

– Слушаю-съ.

И Нехлюдовъ, поблагодаривъ смотрителя, пошелъ за красавцемъ Сидоровымъ. Все было странно Нехлюдову, и странн?е всего то, что ему приходилось благодарить и чувствовать себя обязаннымъ передъ однимъ изъ т?хъ людей, которые д?лаютъ это ужасное д?ло, какъ онъ думалъ теперь, запиранiя людей, какъ зв?рей, за р?шетками.