Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

И онъ начиналъ представлять себ?, ему начинала рисоваться жизнь безъ нея; но, удивительное д?ло, онъ не могъ теперь представить себ? такой жизни. И безъ нея не было жизни, и съ нею, съ этимъ трупомъ, жизнь представлялась ужасной. И вотъ онъ теперь дошелъ до того, до чего онъ дошелъ теперь. – Но что же д?лать? Какъ поступить теперь, сейчасъ? Выхлопотать свиданiе съ ней, пойти, увидать ее, покаяться передъ ней, дать ей денегъ? Онъ вспомнилъ т? деньги, которыя далъ ей тогда, и сейчасъ покрасн?лъ, точно онъ сейчасъ это д?лалъ, и остановился отъ волненiя.

 – Но чтожъ д?лать еще? – Исправлять ее, употребить вс? свои силы на то, чтобы исправить ее? Онъ чувствовалъ, что нужно было сд?лать что то страшное, необыкновенное, самоистязающее и что только одно такое д?ло могло затушить въ немъ тотъ огонь раскаянiя и отвращенiя къ себ?, который сжигалъ его. И это д?ло было именно такое.

* № 36 (рук. № 8).

Онъ оспаривалъ требованiе того, чтобы посвятить всю свою жизнь этой женщин?, хотя требованiя этого ни онъ самъ и никто другой еще не заявлялъ.

«И почему, согр?шивъ передъ этой женщиной, непрем?нно нужно исправлять эту самую женщину? – продолжалъ онъ оспаривать этотъ внутреннiй голосъ. – Если разбился сосудъ, то почему нужно глупо и непроизводительно употреблять вс? силы на невозможное склеиванiе въ мелкiе дребезги разбитаго сосуда, а не на сбереженiе ц?лыхъ, на образованiе новыхъ? Разв? нельзя д?лать добро т?мъ людямъ, которымъ оно нужно и пойдетъ на пользу, а не сентиментально безъ пользы затрачивать свою энергiю на невозможное? Пьяницы и проститутки не изл?чиваются. И почему же нельзя мн? жить теперь хорошей, доброй жизнью? Почему же такъ ужъ стала невозможна женитьба на Алин?? – И онъ представилъ себ?, что онъ д?лаетъ предложенiе Алин?, и она не откавываетъ ему. – Но какъ же я буду жить съ нею, зная, что та въ тюрьм?, зд?сь, въ Москв?? Разв? нельзя жить хорошей, доброй жизнью, нельзя также, какъ я хочу теперь, изм?нить свою жизнь, стать опять на путь, на которомъ я стоялъ тогда, когда жилъ въ первый разъ въ Панов?, не связавъ себя на в?къ съ трупомъ, – говорилъ онъ себ?. И онъ начиналъ представлять себ? жизнь безъ нея. Но, удивительное д?ло, онъ не могъ теперь представить себ? такой жизни. И какже онъ теперь, сейчасъ поступитъ? Совс?мъ бросить ее, скрыть отъ вс?хъ – правда, отъ вс?хъ уже не скроешь, уже сказано предс?дателю и губернатору, – не будетъ вид?ться съ ней, пошлетъ ей денегъ? Это нельзя.