Лайкни и подпишись

В ней нет всех этих штук с заумными названиями, вроде хайлайтера, но Оля уверенно берет карандашик для бровей, по традиции слюнявит и деловито кидается в бой.

Сегодня на Олю смотрят. Оля скромно улыбается в шарф, только горящие девчоночьи глаза поблескивают и выдают ее радость.

Школа встречает ее удивлением на лицах учеников. Оля идет гордо. Впервые за долгое-долгое время, а может и вовсе впервые, Оля смотрит не в пол.

Она проходит мимо зеркала, и мельком бросает на себя взгляд – Оля чувствует себя красивой.

На уроке тишина. Ученики молчат. Двадцать с лишним пар глаз приковано к Оле. Когда еще такое было? Они едва перешептываются, через класс по красивой длинной дуге пролетает тройка записок. И все. Урок проходит в молчании.

Оля довольна собой. Она ищет себя глазами в любой мало-мальски отражающей поверхности – в савдеповской еще лаковой столешнице, в морозном льдистом окне, в выпуклой, как рыбий глаз, столовской ложке. Оля сегодня красивее всех.

Дашка выуживает ее в коридоре, без слов аккуратно берет под локоть и деликатно, но с силой уводит в свой кабинет.

– Ты дура что ли? – восклицает Дашка, едва дверной замок находит свою вторую створку.

– Даш, – робко возражает Оля.

– Ты зачем так размалевалась?

Даша горестно вздыхает, присаживается на край стула, качает головой.

– Ученики только о тебе и говорят – в коридоре услышала. Смотрю – а ведь правду говорят!

Оля краснеет, но под румянами этого не видно.

Даша снова вздыхает, еще протяжнее и тяжелей.

– Ладно, – говорит она, – принесла с собой?

– Что принесла?

– Да косметику свою, Оль! – взрывается Даша.

– Нет, – отвечает Оля тихо.

– Нет, – повторяет эхом Даша и задумчиво, словно во сне, идет к своему столу, выдвигает ящик, достает матерчатую сумочку.

– У меня немного, но уж что есть.

Дергается дверная ручка, но дверь заперта.

– Дарь Санна, я на консультацию пришел, открывайте! – пищит мальчишеский голос.

– У меня обед! – не отвлекаясь кричит Дашка.

– Какой еще обед!? – дверь начинают пинать ногой.

Закатив глаза, Даша отпирает щеколду и высовывает голову в щелочку.

– А я тебе не собачка по звонку есть.

Любопытный детский глаз так и норовит углядеть что-то за Дашиным телом.

– Я на вас директору нажалуюсь!

– Угу, и первый же пожалеешь! Топай давай, Семенов.

– Дашка дура! – кричит он в последней попытке вразумить упрямую Дашу.

Но та, показав ему язык, равнодушно закрывает дверь.