Сквозь боль и мрак

Снова вспомнилась Лиза, та давняя, восемнадцатилетняя Лиза ловко жонглировавшая мячом. Володька Лукашин всегда носил с собой мяч. Он мечтал стать профессиональным футболистом, вырвавшись из любительской команды маленького городка. Ему следовало поступить в спортивный институт, но он учился на инязе и мечтал, мечтал. Кажется, он так ничего и не добился. Виктор ничего не знал о его дальнейшей жизни. Он никогда не интересовался судьбой бывших однокурсников.

В тот день Лиза выпросила у Володьки мяч, подкинула его вверх, поймала, перекинула с руки на руку, снова подкинула.

– Ребят, а давайте в футбол! – закричала она.

– Детский сад! – пробормотал под нос Витя, сидевший на бревне с учебником немецкой грамматики в руках. Остальные предложению обрадовались, разделились на команды, с помощью крупных камней определили границы ворот.

– Одного человека не хватает, – заметил Володька. – Как играть-то?

– Да вот же Витя! Витя, давай с нами! – Лиза забрала у него книгу, схватила за руку, потянула.

– Экзамен скоро, – заупрямился Витя. – Да и не умею я.

– Не умеешь – вставай на ворота!

Он подчинился, встал, куда ему указали, расставил пошире ноги, распахнул руки. Лиза подбежала к воротам уже через пару минут.

– Промеж ног бей! – закричал Лёшка Коршунов.

Виктор сгруппировался, приготовившись к прыжку. Лиза ударила, и мяч угодил прямо в голову неопытного вратаря. Виктор упал как подкошенный. Ему не было больно, но вставать отчего-то не хотелось. Его трясли, поднимали, приводили в чувство, а он думал: «Какого чёрта согласился! Только опозорился!»

– Всё в порядке? – спросила Лиза, а потом вдруг притянула к себе, сжала в объятиях.

– Дурачок, я же так испугалась!

Как умело она выставляла его виноватым. И тогда, и позже.

Это всё ерунда, игра мозга. Выхватывает знаки, строит логическую цепочку, а на самом деле ничего нет. Просто письма не приходят. Да плевать ему на письма! Лучше бы их и вовсе не было.

Домой не тянуло. Дома жена, а Виктору меньше всего хотелось срывать зло на Юле.

В голову пришла мысль о сестре. Катерина работала неподалёку в новом бизнес-центре. Высокое сверкающее чистыми стёклами здание раздражало Виктора не меньше, чем улыбающийся Гёте. Построить в городе такое здание было сродни тому, как вставить белоснежный зуб в полный гнилых зубов рот старика, нелепо и вызывающе.

Катерина стояла у входа вместе с той самой утренней девушкой в очках, что так тревожила Виктора.