Отвага, слава и любовь

– Здорова была, баба Ганя, – поздоровалась Маричка со старой соседкой, – и вам воды принести?

– Спасибо тебе, Маричка, мне Тарас принес. Ты мне лучше помоги курицу загнать, перелетела через забор окаянная.

В палисаднике топталась черная пеструшка и клевала дождевого червя. Маричка поставила ведра, выломала хворостину и загнала курицу во двор.

– Вот спасибо тебе, Маричка, – поблагодарила соседка, – компотом тебя угостить?

– Нет, спасибо, баба Ганя, мне по воду торопиться надо, мама дожидается.

Маричка поспешила к колодцу.

Невдалеке от колодца под высоким вязом стояли молодые козаки, а рядом с ними на пеньке сидел старый дед Яким Чумак, придерживая свою потертую трость. Данило Горыцвит, козак неполных девятнадцати лет, ловко махал двумя саблями.

– Казак молодой, а сноровка старая. Молодец! Первый козак сдал экзамен, второй, готовсь, – командовал дед.

Данило передал саблю Трохима Лисицы своему другу и ровеснику Пахому Гордиенко.

– Лях ошуюю, – кричал дед, – куда развернулси! Я говорил слева, а ты одесную поворачиваешься.

Все, уже лежишь, как раненый бирюк[3 - Бирюк – медведь.]. Передавай сабли следующему.

– Дед, ты можешь просто выражаться? – рассердился Пахом. – Ошуюю, ошуюю.

– Ты на рожон не лезь, молодой ишо. Ты учись у старой гвардии, – говорил дед, набивая люльку табаком.

Пахом передал сабли Трохиму Лисице, девятнадцати лет, и тот ловко начал обмахиваться ими.

– Нет, не годится! – закричал дед Яким. – Что ты, как девка на выданье лозой от мух косно[4 - Косно – медленно.

] отбиваешься. Надо темп блюсти. Пой со мной. Бейся, бейся, за свободу бейся, а ты песня вольная, будто речка лейся. И быстрее.

– Бейся, бейся, за свободу бейся, а ты песня вольная, будто речка лейся, – подхватили козаки.

Трохим ловко махал саблями в такт песне.

– О, совсем другой кисель, – сказал дед. – Пахомка, бери сабли, вторая попытка, ты уж потщися[5 - Потщися – постарайся.], не подведи, козак.

Тут козаки увидели идущую с коромыслом Маричку.

– Ты что, Данила, пятнами изошел весь? Смотри, длани[6 - Длани – ладони.] вспотеют, саблю выронишь, – упредил дед. – Да, не девка – огонь, ладная, рукастая, лепшая[7 - Лепшая – лучшая.] на хуторе, вся в мать, такая же травница. И бабка их была травница. Ой, как я за ней, как ужъ[8 - Ужъ – веревка.] увивался. Жаль, Ульяна молодой погибла от руки османца.

– Данило, дружище, ты что обомлел? Ляхов в бою не боялся, а девки испужался? – шепнул Пахом.