Пять сигарет Машимона

Каждый день Хуана превращался в день надежды – отыграть, сорвать банк. И даже будет неплохо, если он сможет вернуть проигранную вчера грошовую зарплату Карины.

Этот день был таким же. Полдень и чертово солнце палили так, что кожа, ему казалось, сейчас зашипит и начнет вспучиваться. На улице не было даже дохлой собаки. Окна были завешаны плотными занавесками, тряпками, но это мало спасало от тошнотворной жары. Под тяжестью его туши каблуки сапог по основание утопали в асфальте.

Хуан завернул за угол игорного квартала, и его поросячьи глазки вперились в дверь неказистого одноэтажного здания с выцветшей вывеской «Бар Маркуса».

Окна были грязными, и что-то увидеть возможно было только ночью, когда внутри загорался тусклый свет настольных ламп.

Повертев головой по сторонам, собравшись с духом, Хуан пнул дверь и шагнул вперед. Но пола его правая нога не почувствовала. Он ступил в воздух и с грохотом ввалился в темный проем двери. Выпалив несколько смачных проклятий и сплюнув по своему обыкновению на пол, Хуан близоруко стал вглядываться в темноту.

Глаза привыкли, и проявились первые очертания. Это была обычная комната с низким прокопченным от сигарного дыма потолком, в которой стояли четыре круглых стола с зеленым прожженным сукном. В углу располагалась барная стойка с широкой столешницей из серого мрамора. На стойке в широкой банке лежали лимоны. Вот и вся неприхотливая закуска для посетителей.

Бар был пуст. Из-за стойки выглянул бармен Маркус.

– Привет, Хуан. Ты все же пришел, – оживленно поприветствовал его Маркус, – проходи, садись вон за тот стол» – указал рукой, в которой была рюмка.

 – Она уже на подходе, ждем».

Хуан занервничал еще больше, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Ждал Хуан особую гостью и о встрече с ней он сам просил. Маркус же все устроил.

Эта женщина была частью игорного мира, его темной и малоизвестной стороной. Когда она появлялась, все понимали, что игрок дошел до ручки, и ему больше нечего терять. Непонятно было, зачем она играет в карты, если всегда проигрывает, но ее ставка всегда была высокой, и она платила честно.

Однако на партию с ней решались немногие. Ходили слухи, что она ведьма, колдунья и может навести порчу, забрать душу. Но проигравшихся и доведённых до отчаянья игроков это не останавливало.

Хуан же слухам не придавал значения, тем более он не верил ни в Бога, ни в Дьявола. Для Хуана она была лишь старой бабкой. В конце концов, он свернет ей шею в подворотне, если та надумает колдовать.