Московские заметки

Московские заметки

Анна Романова

Каждая моя поездка в Москву пополняется интересными наблюдениями, встречами и рассказами. Я вижу новое, общаюсь, восхищаюсь, люблю, изучаю, смотрю, а затем все тщательно собираю в дорожную котомку и везу в заснеженный край. Здесь я пересматриваю свои трофеи, перевожу в текст. Я наблюдаю, как меняется Москва, фасады ее домов, ее жители. Новые москвичи другие. Они активные, легкие на подъем, предприимчивые. Почему они такие? Им просто стало душно в родных городках. С каждой встречей я открываю для себя новых людей, смотрю, как они крутят мир, отталкиваясь всеми силами от земли, я даже им завидую.

Возможно, я хочу увидеть в них себя.

Анна Романова

Московские заметки

Об авторе-провинциале

Я помешана на жизни и часто кажется, что слишком.

С детства воспринимала все происходящее как яркие сценарии интересного кино, с непоколебимой уверенностью, что плохого нет, и все можно изменить, даже неизменное. Поэтому я с готовностью сшибала коленки и разбивала лоб, неслась под гору кубарем, падала плашмя.

Даже это я могла изменить, но не хотела. Ведь пришлось бы бежать медленнее, а как тогда все успеть? Так я летела тогда, так лечу и сейчас, только не кубарем. Нужно спешить увидеть, запомнить, записать. Везде свой сюжет, свои актеры. В моей тетради собран целый репертуар.

Я провинциалка, но в моем тревелбуке есть Россия, Мексика, Гватемала, Гондурас, Перу, Иордания, Вьетнам, Камбоджа и еще много других мест. Были времена, когда в один месяц я поднималась в небо и спускалась двенадцать раз.

Мои наблюдения всегда случайны. Подчас ситуация настолько мимолетна, что герои давно уже трясутся в метро или в маршрутке по пути домой, а я сижу и записываю действия и диалоги.

Я врач, но не лечу больных, я – «земский патологоанатом». Даже в выбранной мною профессии я наблюдатель: собираю по крупицам признаки и проявления, соединяя все в протокол. Да и болезнь для меня живая, я часто к ней обращаюсь на «ты».

Обнаруженные в микроскопе раковые клетки обзываю группой сволочных спортсменов.

Меланома – «Гадина», лимфома – «Ведьма».

Я не сожалею об ошибках или упущенных возможностях, так как считаю: если упущены, значит не мои, пусть летят.

У меня свои желания, и я уверена, что все сбудется, уже сбылось. Я могу писать книги: сейчас пишу аж целых две. Я рисую картины и даже хочу их представить на персональной выставке. Учу испанский, чтобы собирать новые и новые таинственные истории Латинской Америки.