Безымянный замок. Историческое фэнтези

Агница всё расчёсывалась, даже когда он, закончив приготовления, сел рядом с ней у костра.

Захотелось вновь слушать её голос, ласково, как никто прежде, называвший его Мечиславушкой. Однако нарушить тишину он отчего-то не решался. Агница сколола гребнем волосы и прилегла у самого костра.

Молчание становилось мучительным. Поворачивая добычу над костром, Мечислав то краснел, то бледнел, корил себя за никчёмную стыдливость, прожигая глазами ромашки, венчавшие прекрасную голову Агницы.

Когда ужин был готов, рыцарь встал на колени, прося благословения Спасителя.

Когда, кончив молитву, рыцарь обернулся к костру – берегини там не было. Бесследно исчезли и освещавшие поляну огоньки пропали. Неужто Агница обиделась?

Он открыл флягу, сделал большой глоток сливовицы и вновь обошел поляну. Тишина обуяла бор: ветер стих, вместе с ним исчезли все звуки. Костёр дотлевал, луна одиноким глазом застыла в зените, как бы намекая: пора отдохнуть.

Не чувствуя вкуса, рыцарь расправился с зайцем, постелил на землю плащ и, еще раз оглядевшись, смежил налившиеся усталостью веки, силясь представить лицо Иоанны.

Вместо этого видел Агницу – невыразимо прекрасную в своей первозданной наготе, прикрытой лишь прозрачным одеянием. Не выдержав, Мечислав вскочил, вытащил ларец из сумы и открыл его:

– Агница! – Ларец остался безответным.

Но поляна осветилась, точно дерева и иглы под ногами обсели сонмы светлячков. Поднялся лёгкий ветерок, Мечислав услышал, нет, невозможно подобрать сравнения, то была тихая чарующая мелодия.

Музыка лилась отовсюду, будто пели земля и небеса, и сосны вокруг. Путник внимал с разинутым ртом, боясь пошевелиться и спугнуть очарование. На глаза навернулись слёзы. Верно, потому размытым белым пятном показалась Агница, упреждая каждый новый звук, ритмично взмахивающая рукавами. Он смотрел на стройное тело, до боли напрягая глаза, и сам не понял, как приблизился, попытался коснуться руки. Пальцы прошли насквозь. Агница вздрогнула, мелодия оборвалась.

– Как жаль, – едва слышно прошептал Мечислав.

– Тебе понравилось?

Он сдержанно кивнул.

– Не могу я без музыки жить, вот и изловчилась петь ветром в сосновых иголках. Да какая же это музыка? Так, баловство. Вот, если бы у меня была моя…

– Что? – переспросил Мечислав.

– Неважно что и нечего теперь об этом. Тебе выспаться надо, а тут я со своими разговорами, – Мечислав заметил, что Агница прячет слезу ему вновь захотелось обнять берегиню.

– Расскажи, всё легче будет.