Безымянный замок. Историческое фэнтези

Ощущения уткнувшихся в него со всех сторон взглядов, пристально разглядывающих непрошеного гостя, сомкнуло рыцарю уста. Ведь он и раньше пробирался лесом, да только взор дремучего исполина, измотанный душевными терзаниями новик тогда не замечал. Лес исподволь приглядывался к вторгшемуся путнику, стараясь понять, чего ожидать от незваного гостя и его, творящей волшбу, спутницы.

Ощущение тут же пропало, будто сосновник принял решение пропустить рыцаря и отвернулся, утратив всякий интерес – в тот же миг, открывая перед Мечиславом свободную, устланную ковром из пожелтелых сосновых иголок поляну, расступились дерева.

Легко выпорхнула спустившись из седла, Агница обошла лужайку, приникла к одному из стволов, прислушалась. Уверившись, что всё спокойно, вновь взмахнула рукой. Освещавшие тропинку огоньки, рассыпавшись вокруг поляны, повисли на ветвях. Света было достаточно, чтобы Мечислав смог разглядеть каждую иголку.

Сквозь прозрачное одеяние Агницы проглядывали очертания нагого тела.

– Вот и до ночлега добрались, – обернувшись, берегиня застала рыцаря врасплох, заставив залиться краской до кончиков ушей. – Вижу, чистоту свою Мечиславушка утратить не успел. Да ты не прячь стыдливо взоры, на призрака глядеть не грех. – И рассмеялась, повергнув новика в ещё пущее стеснение.

Мечислав спешился, наклонился стреножить Серко.

– Дай коню волю, всё одно от Ласточки никуда не уйдет, – остановила его Агница.

Рыцарь согласно кивнул, разложив на земле свои нехитрые пожитки, обошёл поляну в поисках подходящего места для костра, избегая глядеть в сторону нагой обережницы.

– Надо же, испугался, – прыснула в рукав Агница, оказываясь прямо перед ним.

– А вот и нет, – насупился Мечислав и начал разделывать зайца.

– Да, ты у нас бесстрашный, а на меня глядеть боишься, – на ухо шепнула берегиня.

– Не боюсь, – сквозь зубы процедил задетый за живое рыцарь и уверенно поднял глаза. Агница, усевшись напротив, принялась расчёсывать костяным гребнем длинные локоны. Мечислав тем временем освежевал тушку, засыпал солью шкурку, остро зачистил конец валявшейся неподалёку ветки, насадил зайца и стал искать рогатины, чтобы изжарить добычу на вертеле.