Полное собрание сочинений. Том 7. Произведения 1856–1869 гг.

] Вошолъ къ нимъ въ избу разъ шутникъ Петра и говоритъ:

– Вишь, по комъ воетъ, конопатаго чорта-то какъ жал?етъ.

И хот?лъ онъ съ ней поиграть.

– Конопатый, да лучше тебя, что ты чистый. А вотъ что теб? отъ меня будетъ, – сказала она и ткнула его пальцемъ подъ носъ.

<Да и баба же стала на вс? руки. Въ праздникъ уберется въ ленты, галуны, выйдетъ на улицу – (краля изо вс?хъ бабъ молодайка, Ермилины жили богато и изъ дому то было и мужъ гостинцы приваживалъ) какъ купчиха какая – глаза св?тлые, брови черные, лицо б?лое. Войдетъ въ хороводъ съ платочкомъ Борша водить, или ленту сниметъ, плясать пойдетъ, языкомъ прищелкиваетъ, такъ ажъ пятки въ[7 - Зачеркнуто: жопу.] спину влипаютъ – картина; – >

Бывало, пройти ей нельзя, всякой поиграть хочетъ, старики и т? приставали. Со вс?ми она см?ялась, a мужу в?рна была, несмотря на то что мужа часто дома не бы[вало]. И въ работ? первая опять баба она была, въ покосъ ли, въ жнитво-ли ухватку себ? им?ла, что впереди вс?хъ, бывало, вс?хъ замучаетъ, а домой идетъ, п?сни поетъ, передъ хороводомъ пляшетъ.

<Свекоръ съ свекровью не нарадуются на сноху, что настоящая баба стала, только скучали, что Богъ д?тей не даетъ.—>

– Что не рожаешь, буде гулять-то, – скажетъ, бывало, старуха.– Порадовалась бы, хоть внучку бы покачала, право.—

– A разв? я бы не рада, скажетъ, ужъ и то людей стыдно.

Намеднись и то изъ церкви ребятницы прошли, молитву принимали, всего второй годъ замужемъ, а ужъ д?ти. Такъ у т?хъ, небось, мужья дома живутъ.

Какъ вспомнитъ про мужа, опять завоетъ, начнетъ причитать. Изв?стно, годъ, другой погулять баб? не порокъ, ну а какъ баба то ражая, a д?тей не рожаетъ, и народъ см?яться станетъ.

<Отъ этого то Маланьк? пуще тошно было, какъ свекоръ мужа услалъ. Старикъ старинный мастеръ былъ по колесной части и хорошихъ людей зналъ. Какъ Евстратка понялъ, его отецъ и сталъ посылать на заработки. А въ это самое л?то, какъ гр?хъ то случился, и вовсе его отдалъ за 100 верстъ до самаго Покрова, a себ? работничка нанялъ. Сына то за 120 рублей отдалъ, а работнику всего 32 рубля да рукавицы далъ, такъ изв?стно разсчетъ.> Скучно ей было безъ мужа. Д?ло молодое, рабочее, баба въ самой пор?, жили же исправно и мясо ?ли – тотъ пристаетъ, другой пристаетъ, а мужа почти полгода не видать. <И п?сня поется: «Безъ тебя, мой другъ, постеля холодна». Придетъ ввечеру домой <сердешная>, поужинаетъ, схватитъ постелю да къ солдатк? въ чуланъ. Страшно, говоритъ, Настасьюшка, одной.