Полное собрание сочинений. Том 7. Произведения 1856–1869 гг.

Въ милостын? тоже у ней отказа н?тъ, и переночевать всякаго челов?ка пуститъ, и къ усопшему сама безъ зову идетъ. Зато-то бабушку Маланьку, нe за сына, а за доброд?тель ее, и старый и малый въ деревне, вс? теперь почитаютъ.

Что молодость то значитъ. Теперь бы бабушка Маланька сама себя не узнала, какой она была л?тъ 40 тому. Тогда ее не бабушкой звали, а – Маланька Дунаиха, за то что она первая хороводница, плясунья, игрица первая по деревн? была. Худаго за ней и тогда, до этаго случая, ничего не было, только веселая бой-баба была.

Изъ деревни она была не изъ нашей, а изъ Малевки, сосваталъ ее Евстратовъ отецъ за сына, по знакомству ли, или что нев?стъ своихъ не было, только чужая она. Старикъ еще въ пор? былъ, на сына другую землю принялъ и жилъ исправно; лошадей головъ 8 было съ жеребятами, дв? коровы, пчелки были (и теперь у нихъ ведется та же порода). Барщина была по Божьему, му?ки не было; свекровь хозяйка настоящая была, одна за троихъ работала; кром? того солдатка, ихняя сестра, съ ними жила, подсобляла. Такъ что молодайка нужды не видала.>

По старинному порядку, выдали ее замужъ[4 - Зачеркнуто: молодою, вовсе д?вчонка, несмысленокъ была, годочковъ 14, и силъ вовсе не было. На груди занав?ску гд? хочешь перевежи, какъ скатерть на стол? – вовсе ребенокъ была. Понесетъ бывало] 15 л?тъ. Она была д?вочка. Въ первое время, когда она, бывало, несетъ съ солдаткой ушатъ воды, то качается, какъ лозинка. И мужа своего совс?мъ не любила, только боялась.[5 - Зачеркнуто: А акуратненькая, чернобровинькая бабочка была, только <молодость еще> молода.

] Когда онъ подходилъ къ ней, она начинала плакать, щипать и даже кусать его. Такъ что первое время вс? плечи, вс? руки у него были въ синякахъ. Таки она не любила его два года. Но такъ какъ баба она была красивая и смирная и из дому хорошаго, то ее не принуждали къ тяжелой работ?, и она понемножку, года черезъ три или четыре, стала выравниваться, повыросла, раздобр?ла, разрумянилась, перестала бояться – стала привыкать, привыкать, и такъ наконецъ привыкла къ мужу, что плакала, когда отецъ его въ городъ усылалъ. [6 - Зачеркнуто: такъ взвыла, какъ по матери родной убивалась. «Что, говорю, воешь, – какъ то я къ свекору ее зашелъ въ то время, вижу заливается баба. – Вишь какого добра не видала, – говорю, – конопатаго чорта-то». Я пошутилъ (онъ точно конопатый, не хорошiй изъ себя былъ, только силенъ ужасть былъ и мужикъ добрый), «какого добра не видала», пошутилъ я ей, значитъ. Такъ какъ вскинется на меня.