Лесные братья (Давыдовщина)

В ту же ночь новый товарищ Давыдова, по кличке Студент, удачно минуя конные разъезды, охранявшие Соликамский тракт, провел его в лес к месту стоянки боевой дружины Лбова.

И в ту же ночь встретился Алексей с легендарным «разбойником», грозой уральской жандармерии – самим Александром Лбовым.

– Ну, говори, рассказывай, как у вас там? – коротко спросил Лбов, усаживаясь у костра и внимательно изучая черты лица Давыдова.

Лбов перебивал его иногда, задавая короткие и прямые вопросы:

– Ребята надежные есть? Бомбы делать умеете? Жандармов много? Солдаты стоят? Управляющий кто?

Давыдов отвечал ему также коротко и четко:

– Ребята есть.

– Ну, – проговорил Лбов через некоторое время, оканчивая разговор. – Ну, ближе к делу. Чего же ты хочешь?

– Оружия и денег для начала. Я хочу собрать там вторую боевую дружину.

– Нет, – ответил Лбов после долгого раздумья, – нет, не надо пока другой дружины. Ты лучше подбери небольшую отчаянную надежную кучку, чтобы в нее не пробрался ни] один провокатор, и с нею начинай дело.

– Есть, старший. В тюрьме сидит.

– За что?..

– За пропаганду.

– Пропагандист, значит? Массы просвещает! Знаю, слышал я про него, – с едва уловимой насмешкой сказал Лбов. – Ну, что ж и то дело хорошее.

В это время к Лбову быстро подбежал кто – то и сказал несколько слов.

Лбов вскочил, схватил винтовку, набил полные карманы патронами и, захватив с собой человек десять, направился с ними в лесную чащу. На опушке он остановился и окликнул Давыдова. Когда тот подошел к нему, то Лбов молча снял карабинку с плеч одного из дружинников.

– Возьми, – сказал он, протягивая ее Алексею, – и пойдем с нами. Дай – ка мы посмотрим тебя в деле.

– Смотри, – ответил Давыдов и, заложив полную обойму в магазинную коробку, щелкнул затвором и перекинул карабинку через плечо.

Унтер – офицер Штейников раздумывает отправляться в арестантские роты

В Соликамской тюрьме за сравнительно короткий период Штейников успел трижды попасть в карцер, дважды быть высеченным и неоднократно быть битым по зубам.

Всему этому способствовало то, что Штейников обладал странным и неуживчивым характером. Нельзя сказать, чтобы он грубиянил администрации.