Жива, потому что люблю

Они дремлют и пробуждаются по воле случая; но они навсегда остаются в душе и меняют ее». Как это сейчас было близко Лауре!

Отложив «Тридцатилетнюю женщину», она открыла свою любимую «Беатрису» и долго перечитывала те места в книге, которые ей так нравились. И, когда Лаура дошла до фразы «Увы, дорогое мое дитя, женщина не может прожить одна не только в первобытном обществе, но и у нас», произнесенную Фелисите де Туш, по ее щеке скатилась слеза и, чтобы больше не расстраивать себя, Лаура захлопнула книгу и поставила ее на место.

Лаура подошла к окну, и ее взору предстал унылый осенний пейзаж. Сколько хватало глаз, тянулись бесконечные поля и равнины, справа чуть виднелся лес.

Уже начинало темнеть, но Лаура не включала лампы; она любила по вечерам сидеть здесь, в библиотеке, так как именно отсюда был хорошо виден закат.

Лаура взобралась на подоконник и задвинула шторы, чтобы отгородиться от всего мира, спрятаться в своем маленьком мирке грусти и печали, мире неразделенной любви. Слева от нее была стена из темно-бордовых штор, а справа – оконное стекло с тянувшимися за ним бескрайними просторами.

– Ты здесь, Лаура? – услышала она голос бабушки, вошедшей в библиотеку.

– Да, я здесь, за шторой,– был ответ.

– Пойдем ужинать, дорогая, у дедушки без тебя нет аппетита.

– Вы садитесь, а я через пару минут приду,– пообещала Лаура.

Как только бабушка вышла из комнаты, Лаура спрыгнула с подоконника и удивилась темноте, царившей вокруг: она не заметила, как и стемнело! Лаура прошло мимо стола, дотронувшись рукой до дорогого ее сердцу письма – ей не нужен был свет, чтобы его найти – и, выйдя из библиотеки, направилась в столовую, где ее ожидали дедушка с бабушкой.

Родители Лауры всегда были в разъездах, сестра Патриция училась в Англии, поэтому семейные обеды и ужины были большой редкостью. А ведь дед Лауры, Джузеппе, так любил, когда собиралась вся семья! Поэтому он очень огорчался, когда его любимица Лаура отказывалась от ужина. Но сегодня внучка порадовала дедушку своим присутствием и хорошим аппетитом: Лаура так переживала в ожидании письма, что совсем забыла про обед, поэтому сейчас была голодна, как волк.