Полное собрание сочинений. Том 13. Война и мир. Черновые редакции и варианты

[Далее со слов: – Да, – сказала графиня, после того как луч солнца… кончая: – Что за манера! Уж сидели, сидели, – сказала графиня. – близко к печатному тексту. T. I, ч. I, гл. IX.]

3.

[650 - Зач.: Напрасно графиня думала, что она может быть доверенной своей дочери. То, что она сделала в диванной тотчас же после того, как выбежала из комнаты с куклой, в то время, как мать говорила о ней, она в этот вечер не рассказала своей матери.]– Боль,[651 - Первоначально было: Борис, затем: Борик] – сказала Наташа, как только она вышла с Борисом из гостиной (она картавым ребенком называла его Боля[652 - Первоначально было: Борик] и теперь называла его так иногда) – подите сюда.

– Хотите поцеловать Мими, Боля?

– Отчего ж не поцеловать? – сказал он, насмешливо улыбаясь,[653 - Зач.: и как всегда] и не прямо отвечая на вопрос.

– Нет, скажите: не хочу, пожалуйста скажите: не хочу.

– Ну можно сказать и не хочу.

– Не хотите, ну так подите сюда, – она глубже ушла в цветы и бросила куклу на кадку цветов, – ближе, ближе. – Она поймала <его> ручками за обшлага[654 - Зач.: его курточки] и в покрасневшем лице ее видна была торжественность и страх.

– А меня хотите поцеловать? – прошептала она, исподлобья глядя на него.

Борис покраснел <так, что слезы выступили у него на глаза.>

– Какая вы смешная… – проговорил он, нагибаясь к ней и[655 - Зач.: сам не зная, что ему делать] еще более краснея, но ничего не предпринимая, а выжидая.

Она вдруг вскочила на кадку так, что стала выше его, обняла его обеими руками так, что тонкие голые ручки согнулись выше его шеи и, откинув движеньем головы волосы назад, поцеловала его.

– Поди прочь, я тебя не люблю,[656 - Зач.: Отчего ты меня не поцеловал.] – прокричала[657 - Зач.: Она как змейка вырвалась от него.] она, смеясь, проскользнула между горшками на другую сторону горки цветов и убежала в детскую.

– Наташа, – сказал он, – можно говорить ты? Ты не ребенок, разумеется, я тебя люблю. Но пожалуйста не будем делать того, что сейчас, еще четыре года.

Наташа остановилась, подумала: тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать, – сказала она, считая по пальцам.

– Хорошо! Так кончено?

– Кончено, – сказал Борис.