Настольная книга поджигателя

Пока я удивлялся, она свернула на лестницу, не заметив меня. Я выбрался из-за портьеры и, всё же сдержав чих, побежал к лаборатории. Я всё ещё не хотел встречаться с Гаммой. И почему мысль о том, что она должна быть в Доме, не пришла мне в голову, когда я говорил с Тетой?

Дверь была открыта, свет внутри погашен, но на столе стояла чашка с чаем. Дзет, кажется, вышел куда-то. Тем лучше было для меня, потому что последнее, чего я хотел, это объяснять ему, откуда принёс фотографии. Я быстро сунул фото в ящик стола и бросился назад.

Слишком легко. Конечно, так легко быть не могло, потому что в коридоре я сразу столкнулся с Гаммой.

Всё было как обычно – стена за моей спиной, её рука на плече и близнецы по бокам.

– И что ты тут делаешь так поздно? – подозрительно спросила она, дыша чем-то противным мне в лицо.

– Я относил снимки в фотоклуб, – совсем не соврал я. Гамма недовольно хмыкнула. Пси – я уже научился отличать его от брата – вопросительно изогнул бровь.

– Мне просто нужно было оставить их Дзету, – добавил я, надеясь, что меня быстро отпустят.

 – Ничего больше.

Пару секунд Гамма буравила меня взглядом. Потом хватка на плече разжалась.

– Иди уже в общежитие, – бросила она, отворачиваясь. Фи снова ударил меня под рёбра, Пси тоже, правда, намного слабее, и посмотрел почти сочувственно. Мне тоже было его жалко, иметь такую сестру… Я бы лучше вообще не рождался.

Выбежав из Дома Собраний, я решил не подчиняться Гамме. Спать мне всё равно не хотелось, к тому же, настроение было испорчено встречей, его срочно нужно было восстановить.

Поблизости было то самое пепелище, с которого всё началось, и я решил сходить туда. Пепел всегда успокаивал меня.

Как выяснилось, не меня одного. Уже на подходе я заметил красное пятно среди чёрных остатков. Яркий свитер, длинные волосы, закрывающие лицо…

Кроме меня прогуляться этим вечером по пепелищу решила Стигма.

Я заметил её первым. Она стояла, копаясь носком ботинка в пепле, поднимая облачка чёрной пыли, пока я старался ни обо что не споткнуться, подходя ближе.

Казалось, она не обращает внимания вообще не ни что, кроме черноты в воздухе и редких обломков дерева, крошащихся от одного прикосновения.

Она обернулась только когда я стоял прямо у неё за спиной. И нервно вздрогнула, заметив меня.

Мне показалось, что за чёлкой я увидел её глаза.

– Это ты, – выдохнула она. Плечи расслабленно опустились, звякнули амулеты. – Не слишком поздно для тебя?

– А для тебя? – огрызнулся я.