Хроники везения и невезения

– Мыслелеты! – с видом мученика простонал Януарий. – Ты что, никогда не видел мыслелетов?

– Неа. А как они…

Сын архитектора оттолкнул Роберта, ткнул в большую кнопку на боку ближайшего шара (купол бесшумно скользнул назад), впихнулся на сиденье, неловко согнув длинные ноги, снял с подлокотника широкий серебристый обруч и водрузил на свои разноцветные волосы.

– Надел мыслепередатчик – и лети, куда захочешь, надо только представить себе, что летишь.

Шар плавно поднялся на метр от пола, повисел и опустился обратно.

– Уле-ет! – выдохнул Роберт, впечатленный до глубины души.

– Еще он может катиться, – скороговоркой сообщил Януарий.

Купол задвинулся, и шар покатился на Роберта, заставив его отпрыгнуть. При этом сиденье внутри оставалось неподвижным, крутилась только прозрачная оболочка мыслелета.

– И далеко на нем можно докатиться? – с сильно бьющимся сердцем спросил Роберт. – Какой мощности в нем скиолит?

– Спятил? Какие скиолиты, это же детская игрушка, – Януарий убрал купол и высунул ноги наружу.

– Беру! – радостно закивал Роберт. – И качусь! Уже выкатываюсь!

Януарий вздохнул с таким облегчением, будто только что успешно регенерировал руку или ногу.

Глава 10

Катастрофа

Януарий вывел шар из «Звездной славы», прыгнул в гравибус и исчез в рвущихся от спецэффектов небесах, а Роберт остался осваивать подарок.

Катиться у него получилось сразу – достаточно было наметить какую-нибудь цель и мысленно устремиться к ней. Зависать на высоте внутри прозрачной штуки было сперва страшновато: руль в мыслелете отсутствовал, и Роберт, глядя вниз, вцеплялся в подлокотники кресла и испуганно думал: «Сейча-ас упаду!» В ответ на такие мысли шар и вправду начинал падать, но в нем имелась защита от приступов паники малолетних пассажиров: в метре над землей он замедлял падение и мягко опускался на траву.

Убедившись, что разбиться в мыслелете невозможно, Роберт принялся носиться над полем со звездолетами, радостными воплями встречая вылетающие из-за замка праздничные чудеса.

Пластик шара вибрировал от музыки, Виндзорское поместье то и дело озарялось разноцветными огнями: в темно-синем вечернем небе огнедыщащие драконы пускались в погоню за пылающими кометами, световые кони мчались по иллюзорному Млечному Пути.