Хроники везения и невезения

Давно не виделись.

– Давненько.

Отец Роберта прикоснулся к своему унибраслету, и овальный стол с остатками обеда исчез, прихватив с собой луг, бабочек, птиц, цветы и белую собачку. На смену всему этому появился деловой кабинет: обшитая деревянными панелями комната без окон, со старинными маятниковыми часами на дальней стене и огромным гудящим камином на ближней. Небо с облаками превратилось в низкий потолок с хрустальной люстрой, стулья из текучего аквиса стали строгими креслами, расставленными вокруг круглого черного стола.

– Речь пойдет о делах, Люси, – сказал Гарольд Сингер, недовольно взглянув на сестру.

– Гарольд, мы же семья! – возмущенно отозвалась она.

Скиолитовый король перевел взгляд с сестры на ее мужа, но Альт продолжал крутить туда-сюда модель самоката, не замечая, что сидит уже не на траве, а на гладком полу.

Отец Роберта пожал плечами, опустился в кресло и положил руки на подлокотники.

Патрик Бинг тоже сел и закинул ногу на ногу.

Стивен занял третье кресло, в точности скопировав позу дяди.

Роберту кресла не досталось.

– Итак? – спросил Гарольд Сингер.

– У меня есть на продажу планета, – сказал Патрик Бинг.

Стивен заморгал, но тут же снова принял невозмутимый вид.

– И что в ней такого, что должно меня заинтересовать? – спросил Гарольд Сингер. – Там есть скиолиты? Дионий? Плазмолит?

– В секстиллион раз круче. Планета – сестра- близнец старушки Земли, – сказал Патрик Бинг.

Гарольд Сингер медленно забарабанил пальцами по твердому подлокотнику. Трам… трам… трам… Подлиза Стивен тут же застучал тоже.

– Да, – ухмыльнулся Патлатый Патрик. – Такого еще никто не находил после открытия Теслы.

Сингер-старший посмотрел на сына и велел:

– Выйди.

– Ну па-ап! – взвыл Роберт.

– Выйди.

– Слушайся папу, Рыжуля! – защебетала тетя Люсильда. – Серьезные взрослые разговоры ребенку слышать ни к чему.

– Стивену шестнадцать, он тоже еще не взрослый! – крикнул Роберт. – Почему Стиву можно остаться, а мне нет?..

– Иди, – велел скиолитовый король таким тоном, что Роберт круто повернулся и бросился в горящий камин, чтобы выскочить с другой его стороны в коридоре.

Сквозь гул огня он успел услышать злорадные слова Стивена:

– Потому что я не рыжий.