Хроники везения и невезения

На шее Мяушши болталось такое же металлическое ребристое кольцо, как и на шее Джосса, только не на трех шнурках, а на одном.

– Угу, шарах-бабах, – согласился Джосси. Встал, потер затылок, подобрал длинное красное перо и вручил сестре. – На, держи!

Мяушша радостно схватила перо и заткнула за ухо. Поискала вокруг, подобрала другое, зеленое, заткнула за второе ухо и замахала тонкими лапками-руками, изображая полет.

– Что случилось? – раздался низкий, с металлическим отзвуком, голос.

Из корабля, медленно перебирая ногами, вышел па Геф и наставил глаза-линзы сперва на Джосси, потом – на Мяушшу.

– Джосси – шарах-бабах! – объяснила она. – Мяушша – птица!

– Понятно, – Роберту показалось, что па Геф вздохнул. – Опять чинить крылолет.

Линзы повернулись в сторону Роберта.

– Безмерно рад снова видеть тебя, Робби. Ты удовлетворен функционированием своего модуля?

– Ага! Еще как удовлетворен… Хорошо летает, спасибо!

Сегодня папа Джосса уже не казался Роберту таким жутким.

– Сегодня я планирую продолжить работу над твоим летательным аппаратом, – сказал Роберту па Геф. – Если ты не очень торопишься.

– Не тороплюсь! Мне можно гулять до вечера!

– Ура-а! – Джосси встал на руки. – Значит, слетаем на озеро…

Он упал и чуть не заехал ногой по линзе па Гефа.

– Только после завтрака, – проворно отпрянув, сказал робот.

– Мяушша – завтрак, – пропищала Мяушша и, размахивая руками, «полетела» к двери корабля.

– Скажи: «Мяушша будет завтракать»! – крикнул ей вдогонку Джосси.

– Мяушша – завтрак! Мяушша – кашу!

Малышка встала на четвереньки и, вильнув хвостиком в черно-белую полоску, скрылась в открытом люке.

– Вообще-то она очень умная, – сказал Джосси, когда он, Роберт и па Геф вошли внутрь корабля.

– А правда, Джосс, кто она такая? Она с этой планеты?

– Па Геф считает, что не с этой – верно, па?

Па Геф, клацая длинными растопыренными ногами, двигался по коридору вслед за мальчиками: здесь было слишком тесно, чтобы они могли идти рядом втроем.

– Да, – задумчиво отозвался робот.