Брак на выживание

Она стояла на пороге и смотрела так, словно мне снова было шесть лет и я разбила ее любимую вазу.

– Что ты тут делаешь? – поинтересовалась она резким тоном.

У меня екнуло сердце, и улыбка застыла на губах.

Маргарет Гриффин, некогда первой красавице Блоутона, злость не шла. В такие моменты в мамином высоком звонком голосе появлялись визгливые ноты, а лицо с мелкими чертами неприятно заострялось. Она отлично об этом знала, так что гневаться позволяла себе нечасто.

– Приехала погостить. Ты не рада?

Вопрос прозвучал жалко.

Ясно же, что не рада.

Мама поджала губы и смерила меня взглядом. Несмотря на возраст, она выглядела прелестно: золотые волосы красиво уложены вокруг лица, синее, под цвет глаз, платье подчеркивает стройную даже после четырех родов фигуру с приятно округлившейся грудью и тонкой талией, в ушах и на пальцах поблескивают сапфиры.

Говорят, я очень на нее похожа, только яркости мне недостает.

– В таком виде? И где, позволь спросить, твой багаж?

– Я…

Мама шагнула вперед и вдруг влепила мне пощечину.

– Не смей мне врать, девчонка! У нас сегодня был твой муж. Как ты посмела сбежать из дома?

Ойкнув, я прижала руку к горящей щеке.

– Мама, я хочу получить развод.

– Развод?! – взвизгнула она. – Ты опозоришь семью! Хоть бы о сестрах подумала! Кто женится на Эбби и Бет, если ты такое устроишь?

Я прикусила губу, сдерживая слезы.

– Ричард хочет меня убить, – сказала я тихо, в напрасной надежде до нее достучаться.

 – Принести в жертву на алтаре.

– Ерунда, – отмахнулась мама, не слушая. – Ты говоришь глупости, такого просто не может быть.

– Я сама слышала!

Меня трясло от обиды и страха. Зря я понадеялась, что родители меня приютят и поддержат. Обратиться напрямую к отцу? Папа добрый, но он настоящий книжный червь, погруженный в прошлое, и совсем не интересуется делами нынешними. Маме же, выходит, куда важнее репутация и все те блага, которые принесло семье родство с Блэкморами.

– Ты просто дрянь! – кричала мама, напрочь позабыв о подобающей сдержанности.

Ее визгливый голос, должно быть, слышен был на весь дом, а на щеках рдели гневные пятна. – Неблагодарная девчонка, на которую каким-то чудом обратил внимание такой человек! Да ты ноги Ричарду целовать должна, что он взял тебя с таким приданым да еще в твоих-то годах! Что он только в тебе нашел? Ни красотой не блещешь, ни умом. Я стыжусь такой дочери!

В груди стало пусто и холодно.