Дюжина лазеек

– Как именно попользовался?

– Это самое!.. – выдохнула Лидия, теребя кончик русой косы.

– Да что вы мямлите! – рассердилась судья и стукнула кулаком по столу. Легонько. Стопка кодексов лишь подпрыгнула, но не свалилась.

Лидия втянула голову в плечи, а виконт подсказал драматичным шепотом:

– Совершал половые акты!

– Да-да, – обрадованно закивала истица. – Точно.

– А вы не подсказывайте! – отчитала судья. – Вы уже не истец.

– Но я – отец! – возразил виконт патетично, заметил насупленные брови судьи и нашелся: – И представитель истицы.

Правда, дорогая? Ты же мне доверяешь? Хочешь, чтобы я представлял твои интересы?

– Д-да, – кивнула она без особой, впрочем, уверенности.

Судья поинтересовалась:

– Представитель ответчика, будут вопросы к истице?

Я мысленно потирала руки. Приступим!

– Да, ваша честь! Истица, как именно ответчик вовлек вас в… – я демонстративно заглянула в иск, – тенета разврата?

Интересно, из какого низкопробного романчика виконт тиснул эту фразу?

– Ну-у-у-у.

Он в любви клялся! В том, что мы всегда будем вместе. Что неразлучны, как небо и земля… И целовал! – Она прижала руки к груди и уточнила мечтательно: – Так, что колени подгибались и мизинчики… Мизинчики на ногах поджимались!

М-да, тот романчик виконт с дочерью явно читали вместе.

– Какой негодяй, – пробормотала я, стараясь не смотреть на Шемитта. А то собьет весь настрой, растлитель невинных девиц!

В крови бурлил адреналин, и я чувствовала себя кошкой, загнавшей мышку в угол.

Осталось сделать «цап».

– Понятно, – кивнула я, не став углубляться в романтическую чушь, которую несла Лидия. – Значит, ответчик уговорил вас вместе отправиться в его пещеру?

– Да! – Она еще гуще покраснела.

– Обещал, что женится! – вставил неугомонный виконт.

– Как долго вы пробыли вместе в пещере? – продолжила я, игнорируя заботливого папеньку.

– Два дня, – почти прошептала Лидия.

– И сколько половых актов ответчик совершил с вами за этот период? Ну же, не смущайтесь.

Мы ведь должны определить степень вашего морального ущерба!

Шемитт прошипел что-то, но я не стала вслушиваться. Ясно ведь, что не комплименты моему уму и профессионализму.

Я переждала смешки в зале и уточнила у красной, как помидор, истицы:

– Что, правда двадцать пять раз?

Гул в зале стал отчетливо удивленным. И завистливым.

Лидия выдавила:

– Да-а-а-а.