Илиада (отрывки)

Кротко ответствует гривистым шлемом украшенный Гектор:

«О Андромаха, и я о том же печалюсь; но стыд мне

Будет тогда от троянских мужей и от жен Илиона,

Если, как робкий, сюда удалюсь, уклоняся от боя;

То запрещает и сердце; доныне привык я спокойно

Бодрствовать духом и биться у всех впереди, охраняя

Трою, великую славу отца и мою; но предвидит

Вещее сердце и тайно гласит мне тревожное чувство:

Некогда день сей наступит – падет священная Троя,

С нею Приам и народ царя копьеносного бодрый.

Но не Трои грядущее горе, не участь Гекубы,

Ни же Приамова гибель, ни же столь многих, столь храбрых

Братьев моих истребленье, тогда неизбежно падущих

В прах под рукою врага, сокрушают ныне так сильно

Душу мою, как мысль о тебе, Андромаха, когда ты,

Вслед за одеянным медною бронею мужем ахейским,

Плача, отсюда пойдешь, лишенная света свободы,

Или в Аргосе будешь с рабынями ткать для царицы,

Иль, утомленная, тяжким сосудом в ключе Гиперейском

Черпая воду, будешь в слезах поминать о Пергаме.

Может быть, видя, как плачешь в своем одиночестве, скажут:

«Вот вдова знаменитого Гектора, бывшего первым

В войске троянском в те дни, как сражались у стен Илиона».

То услыша, ты с новою вспомнишь тоской, что на свете

Нет уж того, кто от рабства надежною был бы защитой.

Нет! я лучше хочу, чтоб меня бездыханного скрыли

В землю, чем слышать о плаче твоем и крушительном плене».

Так ответствовал Гектор, и к сыну руки простер он;

Робко от них отклонился и к лону кормилицы с криком

Бросился милый младенец, дичася отца, устрашенный

Ярким блистанием лат и косматою гривою шлема,

Грозно над ним зашумевшею с медноогромного гребня.

С грустной улыбкой и мать и отец посмотрели на сына.

Шлем с головы снимает поспешно блистательный Гектор;

Бранный убор на землю кладет и, на руки взявши

Сына, целует его с умиленьем и нежно лелеет.

Громко взывает потом он к бессмертным богам и Зевесу:

«Царь Зевес! вы, боги Олимпа! молю вас, да будет

Некогда сын мой, как я, благолюбием первый в народе,

Столько же мышцею крепок и мощно господствует в Трое.

Пусть со временем скажут: Отца своего превзошел он!

Видя его из сраженья идущего с пышною броней,

Снятой с врага – и такая хвала да порадует матерь"».

Так сказав, положил он в объятия нежной супруги

Сына.