Витязь в тигровой шкуре

Я велел, чтоб проводил он

В мой покой ее. Укрыл он там ее. И ждет она.

Встал. Друзья хотят прощаться. Я прошу их не стесняться,

Пировать, увеселяться. «Я сейчас вернусь сюда».

Раб стоял в дверях на страже. Трепеща, как пойман в краже,

Я вхожу, и в сердце даже не могу унять стыда.

Женский призрак, как виденье. Изъявляет знак почтенья.

Говорит: «Благословенье тем, кто может быть с тобой».

Я дивлюсь на восклицанье. «Нет уменья в ней и знанья,

Как любовное признанье скромно выразить душой».

Говорит: «Изнемогая от стыда, пришла сюда я.

Мыслишь – мысль во мне есть злая. Но пришел сюда, спеша.

Уповаю я и верю, что простишь стыда потерю.

Этим спехом – счастье мерю. Успокоилась душа».

Говорит: «Мое реченье ты прими без подозренья.

Исполняю повеленье – той, в чьем сердце страх тебя.

Госпожи моей желанье, вот откуда то дерзанье.

Принесла тебе посланье. Слово скажет за себя».

7. Первое послание, которое Нэстан-Дарэджан написала своему возлюбленному

Я взглянул.

Луч писал слова-сиянья: «Лев! Ты ранен. Рану скрой.

Я твоя. Не гасни в мленье. Ненавижу расслабленье.

Пусть Асмат мои реченья повторит перед тобой.

Тоскованье, помиранье, это ль страсть, любви деянья?

Лучше – той, к кому пыланье, мощь свершения яви.

С Кхатаэти ждем мы дани. А они, таясь в обмане

И в зловольи, ищут брани. Эту дерзость оборви.

Еще прежде помышленье мне внушало обрученье.

Не нашла для говоренья я минуты до сего.

Словно насмерть пораженным и ума совсем лишенным,

Зрела я тебя взметенным. Зол недуг. Срази его.

В путь же. В бранные забавы. Да узнают их кхатавы.

И вернись в сияньи славы. Это лучше, говорю.

Так не плачь. Чтоб не снежила влага – роз. От солнца – сила.

Посмотри, я обратила ночь темнот твоих в зарю».

8. Первое послание, которое написал Тариэль своей возлюбленной

Сам я видел эти строки. И ответ, не медля в сроке,

Написал: «О, свет высокий, проницавший синеву.

Лунноликое свеченье. Лишь тебя хочу в горенье».

Был я точно в сновиденьи. И не верил, что живу.

Я сказал Асмат: «На это больше нет сейчас ответа.

Молви ей: «Ты солнце лета. Ты взошла, и светел я.

Мертвый, знаю воскресенье. В чем бы ни было служенье,

Позабыв изнеможенье, я служу. В том жизнь моя».

Говорит Асмат: «Сказала мне она: «В том смысла мало,

Чтобы весть о том блуждала.