Созерцание Ристики

Сергей, в задумчивости смотря лишь себе под ноги, вышел и закрыл за собой сокрытую в стене дверь.

Игорь, оторвавшись от только что вытащенного из кармана рукописного расписания репетиций, удивленно посмотрел на стену. Сколько раз он посещал кафе, но никогда не видел, что здесь есть еще один выход.

Девушка, которая обслуживала их столик, кажется, была еще больше удивлена. Она даже чуть приоткрыла рот от изумления.

Больше никто из посетителей и персонала «Берега» в тот вечер не заметил ничего необычного.

* * *

Мысль петляющая, откуда ты взялась? Секунду назад тебя еще не существовало. И меня вместе с тобой словно не существовало. Теперь же обзорно, панорамно пробегаешь ты по последним дням моей жизни, останавливаясь на ярких моментах – восторгающих или угнетающих – заполняешь ими мое сознание, пробуждаешь его, закладываешь входные данные для поведения в новом дне.

И раз, и два, и – включается восприятие слуха.

– И блинчики готовлю. Слышишь? – произнес родной женский голос.

– Да, мама, – ответил Сергей почти автоматически.

– Так что давай вставай.

Наконец-то услышав от сына-студента первые слова, Галина Александровна почувствовала, что её утренний материнский долг выполнен.

Привычно пружинит край кровати. Раздаются столь же привычные, мягкие, удаляющиеся шаги.

Глаза Сергея уже открыты, видят вокруг пятна предметов, присутствующих всяк на своем месте. Вверху темноватая полоса шкафа, слева пол, справа потолок с одинокой лампочкой, посередине зашторенное окно, наконец, внизу стол в бумагах.

– Колыбель моих дум, – сразу вздохнул Сергей, бегло вспомнив длинный список неоконченных учебных и творческих дел, – А вот и мой главный мотиватор – листок на стене над столом с надписью «продолжать пытаться». Кажется, это Игорь посоветовал держать надпись перед глазами, якобы она помогает достигать целей. Собственно, когда я решил поступать в университет, то я вычертил подобную надпись где-то внутри своей головы. Не отличаясь скоростью мышления, большим умом или сильной памятью, при решении различных учебных заданий мне только и оставалось «продолжать пытаться», чтобы проявить знания достаточные для начала большого профессионального обучения.

Надпись мотивировала Сергея к действиям, вызывала на борьбу уже сейчас, когда он еще расслаблен и даже не поднял головы. А борьбы в его жизни, как у любого подростка, хватало.

Мужской мир недружелюбно принимал Сергея, сколько он себя помнил.