Крис и Карма. Книга вторая

 – В суде решат… Но, думается мне, лет на пять-семь надо рассчитывать… Ну, а там могут и скостить за хорошее поведение, это уже от Николки будет зависеть, от того, как он любит тебя…

Николка с Люськой переглянулись, и Огурцов физически ощутил, как неумолимый психологический зажим неизвестности, сковавший Николку с момента убийства, отпустил его, милосердно освободив из-под своего тяжкого пресса.

– Ну, ступай, Люся, ступай, – попросил Иван Иванович. – У вас еще будет полчасика на прощание, а мне надо протокол дознания оформить, а то не успею…

Люська всхлипнула, тронула Николку за руку и молча вышла за дверь.

После небольшой паузы, которую Николка употребил на осмысление услышанного от участкового инспектора, Иван Иванович задал первый вопрос:

– Итак, Николай, расскажи мне подробно, где ты взял кинжал, которым совершил преступление, и как он выглядел? Не упускай ничего, никаких мелочей – лишнее я сам уберу… Договорились? – Огурцов пристально посмотрел на Николку, потом ободряюще улыбнулся и взялся за шариковую ручку.

– Я свой охотничий нож, который мне дед подарил, у Люськи вместе с рюкзаком оставил, – начал рассказывать Николка, вертя в руках теплую кожаную фуражку с наушниками. – На охоту, да еще на зверя, сами знаете, дядя Ваня, без ножа никак нельзя… И вот когда я мимо «Прадика» проходил, что во дворе у нас стоял, я заметил, что задняя дверка у него приоткрыта. Я подошел ее закрыть и увидел рукоятку кинжала…

Николка рассказывал подробно, старательно, в некоторых местах делал небольшие паузы – вспоминал, как оно все было на самом деле.

– А вообще, дядя Ваня, он странный какой-то… Лезвие у него очень необычное, с изгибами…

– Сколько их, ты посчитал? – уточнил Иван Иванович.

– Не-а, мне некогда было… Я же как взял его, так деда меня сразу на место загона повел, а еще темень такая стояла – ничего не видно… А потом мне и вообще не до ножика стало, будь он неладен… Какой-то он, дядя Ваня, – Колька замялся, подыскивая нужное слово, но, видимо, не нашел, потому что безнадежно махнул рукой и закончил: – нехороший, подозрительный, ножичек этот…

– И чем же он тебе показался подозрительным? – заинтересовался Огурцов.

– Он в руку ко мне как лег, так словно к ней и прирос, – рассказывает Николка.