Остров Ша

Случайно оказавшийся соседним, борт, к своему ужасу, мог получить увечья, не только при швартовке «Махова», но и при его отходе от причала.

При установке торпедных аппаратов на палубе, тогда ещё рыболовецкого траулера, выяснилось, что они упираются в фальшборт. Ну, и конечно, сделали овальный вырез, чтобы атомным лодкам типа «Джордж Вашингтон» было о чём призадуматься.

Как отреагировали американские атомные субмарины на конструктивные доработки траулера, осталось неизвестным, но те, кто был пришвартован соседним корпусом к «Махову», от выреза сатанели.

Огромный консервный нож, который представлял вырез в его борту, цеплял и корёжил соседа .

Первая швартовая операция в карьере лейтенанта Эф, запала в его душу, именно этим чудовищным скрежетом изуродованного металла, и проклятиями , пришедшимися, как обычно, на голову Эбёнса.

Участие лейтенанта Эф, в том мореплавании от одной заводской стенки до другой, было мизерным, поскольку допуска к управлению у него, конечно же, не имелось, но впечатления он получил самые яркие.

Когда ситуация спустилась с экстремальных вершин, а нервный тик Яковлевича вернулся к привычной частоте, боцман подвёл итог швартовой операции:

– Манёвр, достойный адмирала Нельсона… ебёнс.

Глава 7.Штаны резиновые, часы морские и бомба учебная.

Схожесть акта инвентаризации с половым актом, в некоторой нервозности, при их составлении в первый раз в жизни.

Но для акта инвентаризации нужна ещё и комиссия, в составе: председателя комиссии и её членов.

– Михаил Сергеевич, я тебя в председатели комиссии назначил.

Тонкую сеть субординации, упроченную сединой механика и боцмана, Костя распутал удачным, как ему казалось, манером. Эф называл «меха» Михаилом Сергеевичем, но с ударением на «ты», а Эбёнса, Валерием Яковлевичем, с подчёркнутым «вы».

Правда, ответной любезности, в виде «Константина Игоревича», не дождался, списав это на своё, как он считал, не самое лёгкое, в произношении, отчество.

Капитан-лейтенант Зобнин, по нужде, пользовался должностью Эф: «пом» или «помощник», а боцман обращался к Косте строго по званию: «товарищ, лейтенант», но в богатой палитре интонаций, среди которых, преобладало удивление.

– Куда, ты меня назначил? – спросил механик, не отвлекаясь от котлеты, которую он препарировал вилкой, элегантно отогнув мизинец.