Два голоса, или поминовение

Дымы над городом

Роза

Когда же мы поднимем головы

над залитым кровью изголовьем ?

    Жеромский

Хор

Идем к стене цитадели,

осевшие вскроем могилы,

отвяжем с отцовской шеи

те петли, что ныне гнилы.

Стон в вихре

Невредима стена цитадели,

белена на могиле взрастает,

в ночь никто не разрушил ограды,

и обида все та же витает,

мчится с криком на сёла и грады.

Хор

Землю кладбища вскроем упорно,

где отцовские кости живы, —

породили вы, смертные зёрна,

свободы богатые нивы.

Стон в вихре

Тщетно сеем мы головы-зёрна:

зерна гибнут, в пару истлевая,

слово-плуг целины не вспахало,

призрак бунта обида воззвала, —

этот призрак в плуг запрягаем.

Хор

Висла! Ветрами Мазовша

пусть радость заплещет над нами!

Мать-земля! Привет тебе – ковшик

заздравный с простыми слезами.

Стон в вихре

Сердцу радость – земля Мазовша;

но над ней крышкой гроба нависла

лихая судьба – разоренье;

стон в нагих тополях и смятенье,

стон от ветра над шумною Вислой.

Хор

Кровь, стократным засохшую слоем,

пусть весною земля позабудет,

светлый дом пусть бездомный построит,

мощью пепел развалин да будет!

Стон в вихре

Средь мира до смерти бездомны,

стократно с плечами нагими,

стократно мы станем под зорькой,

как созревшие к жатве колосья,

пышным златом земли родимой.

Жил открытых живой смолою

снова в землю стечем, как от века,

снова хлебом взойдем чередою

на веселье и мощь человека.

Пусть вихрь нас рвет, ломая,

костями, как зернами, сея, —

стократно встанем для мая

в крови – бездомная стая —

розой из сердца Окшеи.

На смерть революционера

Из этой пустой и холодной камеры

мне придется уйти вскорости —

в последний раз посмотреть на? небо,

в последний раз улыбнуться молодости.

Сейчас жандармы придут за мной,

не говоря ни слова, выведут.

Надо стоять у стены крепостной,

не теряя солдатской выправки.

Умирать, когда ты молодой,

в двадцать лет еще не жалко.

Не сломленное ежедневной бедой

сердце вместит хоть десять залпов.

Потому что жизнь прекрасна и нова,

и жить стоило и стоит погибнуть,

если, как знамя, горда голова,

а выстрелы свет из груди твоей выбьют.

Надо уметь умереть красиво,

в наведенные дула смотреть надо смело!

Чтоб это и подлость поразило,

когда умолкнет грохот расстрела.