Исповедь командира

Миша был комбатом всего полгода, поэтому по многим вопросам обращался за помощью ко мне. Вот и по ещё одному важному вопросу нам надо было поговорить. Через несколько дней нам предстояла поездка в составе эшелона в Луцк.

Мы обсудили вопрос – что будем делать во время перевозки солдат из Эстонии на Украину.

Двое суток в пути, организация досуга личного состава, вопросы питания, санитарные проблемы. Все это было хорошо отработано, когда в эшелоне следовал караул, где был один офицер и пять-шесть солдат.

А тут из всего полка ехало более трехсот человек. Понятно, что большую часть работ организовывали офицеры полкового звена. Но непосредственными исполнителями были мы – командиры батарей.

Конечно, на совещании командир полка требовал организовать занятия с личным составом. Но я с трудом представлял, по каким предметам можно организовать занятия в теплушке, где ехали солдаты. Конечно, можно организовать «изучение уставов», вооружения иностранных армий. Но, увы, кроме «призывов», руководство полка никак в проведении занятий не помогло.

Вот тут бы хорошо подумать политработникам. Уже в ходе переезда выяснилось, что в одном вагоне солдаты вслух читали художественную литературу, в другом пели песни под гитару. Но это все была инициатива младших офицеров. «Политрабочие» даже газетами в ходе переезда нас не обеспечивали. Приходилось посылать офицеров в киоски и за свои деньги покупать газеты.

Солдат мы передали, практически без проблем.

Домой вернулись быстрее, чем ехали в Луцк. А на следующий день поехали на службу. Вот тут и началось.

Как положено, мы построились на плацу, доложили командиру дивизиона о наличии личного состава, выслушали указания о подготовке к сдаче казарм и сооружений.

Солдат у меня уже не было. Пока мы ездили на Украину, те несколько человек, которых не передавали, уехали в другие части дивизии. Кроме меня в строю стояли ещё два офицера и один прапорщик. Мы пришли в казарму, зашли в канцелярию.

Два начальника отделений и прапорщик, техник первого отделения, смотрели на меня. Я повторил слова командира дивизиона.

– Какие сооружения, командир, – сказал начальник третьего отделения капитан Романов, – В «тройке» ты закрыл машину, с другой стороны территория второй батареи, а «четверка» Володина, – он показал на двухгодичника, заканчивающего службу через месяц.

– Да, Игорь Иванович, ты, как всегда, прав, – с улыбкой сказал я.