Отцовский почерк

Его привезли по «Скорой» к вашему отцу – он тогда дежурил. Август Артурович его прооперировал и два месяца выхаживал, упражнения всякие придумывал… А мой отец считал себя виновным в этой трагедии. Якобы, не продумал до конца страховку, разрешил без лонжи работать. Дня не проходило, чтобы он не навещал гимнаста и много наблюдал за тем, как ваш отец выхаживал больных. Он ведь у него даже и ночевать частенько оставался – прямо в больнице. Видел, как тот на руках после перевязки переносил пациента с ожогами в палату.

Ему говорили:

– Зачем, каталка есть.

А он отвечает:

– Нельзя, будет больно очень.

– Даром что немец… – с той же монотонной интонацией заключила дочка старого акробата. Увидев, как от последней фразы, словно от удара, вздрогнула Катя, Анна спохватилась:

– Ой, извините…

Снова повисло молчание. Обе делали вид, что поглощены размешиванием сахара в стаканах с чаем.

Взглянув на помрачневшую Катю, Аня закончила:

– В этом- то все и дело. Отец говорил: «Немец и фашист – не одно и то же.

Только как в нашей стране это людям понять, если в каждой семье есть либо погибшие на войне, либо умершие в лагерях, либо угнанные в Германию, либо пропавшие без вести»…

– Родион Николаевич поэтому со мной не хотел говорить? – подняла, наконец, глаза от стакана Катерина.

– Да, и поэтому тоже. Ведь ваша фамилия Андреева, а у Августа Артуровича – Лихт. Папа узнавал, вы – не замужем.

«Вот почему старик все спрашивал, почему кольца обручального нет», – вспомнила Катя…

Аня вдруг с некоторым осуждением констатировала:

– Значит, фамилию матери взяли, постеснялись отца…

Катя обиделась:

– А спросить сам не захотел?

– Да он не знал, как вы прореагируете, – словно извиняясь за только что высказанное осуждение и за отца, – уточнила Аня и продолжала:

– Захотите ли, вообще, говорить.

Ведь ваша мать не захотела с ним жить.

– Не захотела жить!? – вскинулась Катя, – так ведь он…

Многолетняя привычка хирурга сдерживать эмоции заставила Катерину замолчать.

Она смотрела мимо своей собеседницы, на входную дверь забегаловки, пытаясь вернуть себе самообладание. Про себя подумала: «Какой странный день сегодня! На смену неудачам приходит неизвестность…»

…Катя вспомнила, как 20 лет назад они встречали в новой московской квартире задержавшийся в дороге из Подмосковья контейнер с мебелью. Они тогда с сестренкой Танькой радовались, что наконец-то приехали их игрушки, кровати, стол.