Странные, страшные, плохие, хорошие. Стихи

А также всем, кто нашел время, чтобы познакомиться с моим наиболее честным и невыразимым способом осмыслять реальность – какой бы ирреальной она порой ни была, – с моими стихами.

Перейди по QR-коду и посмотри цветной вариант картины

1

мне снится, ты крестишься дважды

на водонапорную башню,

внизу семенят самолеты,

лежат в колыбелях пилоты

и пальцы большие сосут.

мне снится, ты стонешь во сне,

ногами сучишь, как котенок,

и нет под тобою пеленок

(но ты ведь уже не ребенок),

ты звездный пилот корабля.

мне снится, что в этой вселенной,

обтянутой кожей и тленной,

меня быть не может и нет.

тому, что есть я, светит свет

лучей колыбелей пилотов.

крест-накрест раскрою ладони,

пытаясь нащупать лицо.

ты стонешь и просишь проснуться,

ты видишь во сне мертвецов.

я очень стараюсь нагнуться,

рукой до тебя дотянуться,

а ты исчезаешь во мгле.

сосут свои соски пилоты.

нет в этом пространстве заботы,

заботиться не о ком больше.

мы, кажется, въехали в Польшу.

«открыть паспорта

на странице с визой»,

и я открываю глаза

2

– всем привет, я – взрослый ребенок

из дисфункциональной семьи. если можно,

я выскажусь. я много говорю об отце,

я превозносил своего отца. хотя так, как ко мне,

он не был жесток ни к кому. мы со спонсором

не можем решить, что выбрать мне высшей

силой: иногда приходим на мою могилу

и топчемся в нерешительности.

говорят, я воскрес. это правда.

воскрешение – больнее, чем смерть.

смерть – это быстро, а тут некуда деть лопатки,

всасывающие крылья обратно,

ни стоять, ни взлететь, ни сидеть.

метаморфоза длилась три дня.

отец меня отправил обратно.

я не был уверен, что хочу

видеть людей, меня убивших,

издевавшихся надо мной,

плюющих в меня.

другого мира я, впрочем, не знал.

отец прямо сказал —

надо.

молнии мечет, посохом бьет.

а я смотрю вниз, мне страшно,

и думаю —

сам-то он что не идет?

стало стыдно.

прости, я спускаюсь, папа.

падаю, делаю глубокий вдох,

кричу:

– поговорите с моим отцом!

он – это я, я – это он.

кричу:

– поговорите с моим отцом!

Толик, спонсор, приходит в ужас.

– ты ведь знаешь, что такое абьюз?

– я не знал, но теперь знаю.

осудить не могу – боюсь.

– в чем-то, знаешь, я сам виноват.

и теперь уж как вышло, так вышло.